Неужели он может быть таким? Совершенно равнодушным и безучастным по отношению к несчастной девушке?
— Да как ты смеешь! — его слова на удивление были более неприятными, чем всё, что сказал ангел. — Раз ты так считаешь — убирайся! Проваливай в свой чёртов ад!
В одно непродолжительное мгновение девушка сорвалась на бег, не используя своих прекрасных крыльев. Стоило мне сделать шаг в её направлении, как зрение затуманилось, и я провалилась в сознание.
Теперь это была проходная улица. Невысокие колонны, обрамлённые тёмно-зелёной лианой, величественно вытянулись по периметру огромного лабиринта.
Внезапно приближающийся звук насторожил, позволив отвлечься и повернуть голову. Моя копия, не разбирая дороги и утирая непрошенные слёзы, рванула ко входу в зелёное пространство. Платье её развивалось по ветру, когда в душе на месте злости ощущалось отчётливое разочарование.
И хотелось пройти следом, впечатлившись лабиринтом. Но не вышло. Звук сзади сбил все мои мысли, отчаянно вынуждая развернуть в обратном направлении голову.
— Остановись, дура! — Самаэль возвышался над одной из колон, устремив свой взгляд прямо на убегающую.
Сейчас его тело было более рельефным, а рост казался гораздо выше. Крылья, в отличии от всех других, были кожаные, ни на что не похожие. Тогда, когда в глазах застыл настоящий огонь. Скулы яростно натянулись под гнётом его запала. Мужчина не раздумывал более чем пару секунд. Спустившись вальяжно, он сделал шаг в направлении девушки, но тут же сорвался на бег, выругавшись про себя.
Физически он явно превосходил мою копию, поскольку, схватив за руку, утянул на себя. Теряя равновесие, копия споткнулась, падая на лопатки с громким вскриком, когда демон загнал её в свою ловушку, поставив руки на землю, таким образом забирая единственную возможность к бегству.
Дёрнувшись на постели, почувствовала удушье, едва ли не вскакивая, на сей раз увидев, что нахожусь в комнате. Сердце бешено колотилось, и я сдержала рвавшийся наружу крик. Нервно сжав руки. Успокоившись, удобнее села. Сны снились мне не так часто. И не такие правдоподобные.
Накинув халат на плечи, вовсе позабыв о госте, вышла из спальни, входя босиком прямиком на кухню, к барной стойке, где красовался графин. Мне нужно было расслабиться и перестать принимать всё так близко к истине.
— Не спится? — низкий голос с приятным баритоном осел в голове.
Повернув голову, заметила Самаэля. Постельное бельё лежало всё на том же месте. Только теперь расстёгнутых пуговиц стало больше, и рубашка была расстёгнута ровно на половину.
— Мне приснился кошмар, — не вдаваясь в подробности, усмехнулась, отпивая воду. — Тебе тоже?
— Сны мне не снятся, — он усмехнулся, но более не говорил.
— И это хорошо, — вспомнив ощущения, которые испытала, поравнявшись с ним, усмехнулась. — Четыре утра, пора бы под навес Морфея.
Не говоря ни слова, он придвинулся ко мне ближе. Наверное, в духе мафиозных романов мучался бессонницей.
— Что тебе снилась, красивая? – его лицо не выражало никаких эмоций, кроме равнодушия, которое совсем не граничило с заинтересованностью.
Это напомнило мне о сне, что меньше чем десять минут назад мне приснился.
— Это не важно. Обычный кошмар, — покачала головой. Не хотелось вдаваться в бред, который не более чем небылица.
— Я бы послушал тебя, — он всё ещё настаивал.
Не удержавшись, хохотнула, едва ли не роняя стакан с остатками водяных капель. Такая ирония, когда мне было так нужно быть услышанной, единственный, кому интересно — был Самаэль. Такой серьёзный и сосредоточенный мужчина.
— Что тебя развеселило? — настолько серьёзный, что не понимал. Для него, наверное, в порядке вещей было выслушивать других людей, как и любому бизнесмену.
Вот только я чувствовала себя не в своей тарелке из-за наличия одной подруги и отрепетированных фраз, используемых на тренировках.
— Ты с таким желанием хочешь послушать мой кошмарный сон, — улыбнулась искренне. — Мало кто любит мою болтовню.
Но, казалось, он сосредоточился на другом, разглядывая меня. И тут я вспомнила о шёлковой сорочке и халате, что был даже на запахнут. Но взгляд Самаэля переметнулся не к груди или бёдрам, а к босым ногам, вызвав у меня смущение. Быстро вернув внимание к лицу.
— Сядь, — повелительным тоном указал на высокий барный стул, — полы холодные, — умело аргументировал свой повелительный тон.
Ненавидела приказы, но слушать этого мужчину для меня было усладой. И не смотря на всё принципиальное, мне захотелось подчиниться этому решению, к тому же пол и впрямь был холодноват для столь долгого нахождения на кухне.