Задумавшись лишь на мгновение о правильности этих действий, не успела осознать, как нахожусь в чужих горячих руках. Самаэль с лёгкостью поднял меня с плитки, как котенка, обхватив своими большими ладонями бёдра. Не потеряв ни секунды, он усадил меня на стул, поправив оголившую от его действий бедро сорочку, натягивая ткань на прежнее место.
Не знаю, насколько сильно я сейчас была багровой, однако быстро собрала себя в кучу, когда мужчина невозмутимо уселся напротив, отделяя нас небольшой шириной пятидесятисантиметровой столешницы.
— Это было похоже на сказку и на кошмар, — не придумав ничего разумнее, как перевести тему, начала свой разговор. — Мне казалось, я была прекрасной феей или даже ангелом.
— Расскажи мне в мелочах, — на удивление ровным голосом произнёс мой собеседник. Успевая сказать раньше, чем я.
— Девушка, похожая на меня, и мужчина, которого совсем не помню, с белоснежными крыльями. Он говорил ей о троне и женитьбе, но она и слушать не хотела. В конце концов, он воспользовался каким-то предметом, парализовав её, — на секунду замолчала, вспомнив те ужасные эмоции, что испытывала копия. – Он хотел изнасиловать её, но, к счастью, ему помешали. Ты помешал, — в голове тут же всплыл величественный рогатый образ. — Ты был гораздо выше, с кожаными крыльями и рогами… Боже, какой я бред несу.
От осознания захотелось провалиться. Я рассказывала ему какие-то небылицы, в которые никто бы не поверил. Неужели я потеряю и его, огорошив своим бредом?
Но мужчине удалось меня удивить. Ведь вместо скептического взгляда и недоверия Самаэль взял мою руку, накрыв своей.
— Не бред, Вики, — его тон был полон уверенности и непоколебимости, хотя, казалось, его всё же что-то удивило. Впрочем, логично, учитывая моё представления о нём с рогами. — Это было больше пяти лет назад. Твои родители нашли тебе, по их мнению, достойного жениха. Предрекаю вопросы: замуж ты не вышла.
Мой вздох облегчения заставил его губы приподняться вверх, создавая некое подобие улыбки. Никто бы не хотел неожиданно узнать о муженьке за сотню километров, которого ты ещё и не выбирала.
— Но рога, крылья, — я настаивала, пытаясь хоть как-то трактовать увиденное. Хотя уточнять о таком было верхом глупости. Быть может, лучше, если я рассказала бы о другом, не делая акценты на потустороннем. Но язык мой враг.
— Сознание нередко рисует интересные образы, — чуть ниже, не разрывая нашего зрительного контакта, он ответил на интересующий меня вопрос.
— Ты прав, — сжав его руку, кивнула. — Я бы хотела знать всё о своей жизни, — откровение легко слетело с моих полуоткрытых губ.
— Поверь мне, сладкая, ты бы не хотела. — уверенно отчеканил. Настолько, что сомневаться в его словах было невозможно, свято доверяясь ему целиком и полностью.
***
Свечи всколыхнулись, разбавляя темноту комнаты своим причудливым танцем. Битва теней прекратилась так же быстро, как и началась. Впуская в комнату непрошенного, но желанного гостя. Не впервой ему было быть здесь.
Сладкий, приторно персиковый запах витал повсюду, а нежно-голубая мебель не оставалась незаметна даже в ночном свете. Фигура на подушке дёрнулась, неожиданно щурясь, ощущая ярко выраженную энергию ментола.
— Геральд? — блондинка удивлённо прищурилась, будто перед ней было чудесное видение.
Однако трепета, наполнившего сердце от начала до конца, скрыть не могла. Она так давно его ждала, надеявшись на продолжение этой греховной связи. А теперь её любимый был здесь, бесшумно проникнув в покои. Для чего же ещё, кроме как изложения чувств, он мог явиться, будучи выпившим?
— Ты нужна мне, Мисселина, — безэмоционально потребовал учитель. Однако, поняв это совсем иначе, она сделала уверенный шаг к нему, развязывая пояс своего персикового халата. — В кабинете дело срочное.
Непоколебимо утвердил, едва ли не пригвоздив ангела к тому месту в шаге от него, на котором она стояла. Руки на халате дёрнулись. Неужели она не так всё поняла? Но не мог же он прийти вот так к ней из-за этого ночью, не дождавшись утра.
По-крайней мере, это то, чего она так сильно, вопреки всему, желала. Страстно и бесповоротно. Находится в его объятьях. А потому, сделав ещё один короткий шаг, поравнявшись с мужчиной, она окончательно развязала пояс, обнажая своё слишком худое фарфоровое тело.
Желая избавится от ненавистной вещи, Мисселина приподняла руки, всё ещё наблюдая за реакцией любимого. Однако, заметив её действие, мужчина схватил ткань халата очень крепко, едва ли не порвав её, после чего ловко свёл на женской груди. Когда же пояс быстро зафиксировал на талии намного крепче, чем это было нужно.