- Макс, успокойся. Я здесь ни при чем. Если честно сам обалдел, когда эта компашка ко мне завалила. Я понятия не имею, когда они успели и что у меня забыли. С ними связываться сам знаешь себе дороже. Девчонки повздорили с ними. Я их отправил играть в пив болл. А потом прибегаете вы как два сумасшедших. Все.
- Ладно, разберемся. Есть другой выход? Не хочу, чтобы ее такой видели.
Антон провожает меня до моей машины. Возле нее стоят уже успокоившаяся Ника и Ал. Но, стоит им нас увидеть начинает снова причитать и плакать, виня себя, что не пошла с ней в туалет.
- Аристократочка, - ласково говорю ей. Твоей вины здесь нет. Кто ж знал, что эти уроды начнут такое творить. С ней в порядке мы вовремя успели. Да и ты молодец, пыталась подругу спасти. Глупо, конечно, одной иди было на это, но все ж ты… время потянула, чтобы мы успели.
- Макс, я где-то слышал, что если это наркота, то когда очнется надо много воды пить.
- Хорошо, спасибо. Я сажусь с Ангелиной на руках на заднее сиденье. Ал за рулем, Ника рядом с ним.
- Так, а теперь быстро, внятно говоришь, что да как произошло и с чего эти козлы к вам полезли- говорит друг смотря на свою девушку.
- А..а.аа – она растерянно смотрит на него.
- Что за троила?
На что девушка не произносит ни звука.
-Ну чего молчишь? Хочу понять, с чего вдруг к моей женщине лезут. Не знаешь? Ммм?
- Женщине? – возмущенного говорит Ника. Девушки! Всегда слышать только то, что хотят –я вообще-то не женщина еще пока, а девушка. И что ты хочешь мне сказать этим допросом? Что мы сами напросились на изнасилование?.
- Нда? Не женщина. А я вот смотрю, что ты похоже очень спешишь ею стать – зло цедит сквозь зубы друг.
- Чтооо?
- А то, вырядились! Жопы еле прикрыты, морды намалевали, этакие опытные самки для съёма. Бери и еби!
Я впервые видел друга таким злым, обычно сдержанный и уравновешенный, он чуть ли огнем пыхал, тяжело дыша. А с девчонками он и подавно как кошак, ласковый и пушистый. Сейчас же явно еле сдерживался, что не начать крушить все вокруг. От переживаний его всего трясло.
- Алек, успокойся, брат - я не мог проигнорировать его слова о девчонках.
- Макс, лучше не лезь и со своей лучше разберись.
- Значит, ты из тех мужчин, которые считают что мини юбка повод для приставания и насилия. Да? – не унимается Ника.
- Вот. Сейчас. Закрой. Свой. Рот.
Дальше едем в полной тишине. Знаю, что лучше его сейчас не трогать, успокоится, сам заговорит. А я думаю, куда же нам с Эльфом. Домой ее нельзя вести, дядь Саня прибьет меня, а ее… И ей влетит. В итоге решаю, что можно к нам, родители, сто процентов, спят. Поэтому прошу друга отвезти нас туда.
Аккуратно положив Лину на разложенный в предбаннике диван. Хотя предбанником его с натяжкой можно назвать. Скорее гостевая комната с евроремонтом и камином.
Сажусь с ней рядом и смотрю. Нежная, невинная и такая желанная, как же хочется сжать ее в своих объятия и не выпускать дни и ночи, недели, месяцы. Заворочавшись, девушка начинает постановать.
- Лина, девочка моя. Где болит? Что?
Она мутными глазами смотрит на меня.
- Жарко… мне надо. Ее руки начинают блуждать по собственном телу, из разорванной одежды видна девичья грудь. Красивая, с небольшой россыпью светлых веснушек и бежевой вершинкой. Во рту мгновенно скапливается слюна от желания взять его в рот, втянуть и нежно слегка укусить. В штанах становится тесно. Рукой Лина накрывает грудь, стонет уже громче, ее выгибает дугой. Она раздвигает ноги и другой рукой накрывает свой лобок и силой сжимает, приподнимая бедра. От ее действий мне сносит крышу. Господи, чем же эти твари тебя накачали!
- Мне надо, хочу… мне надо… горю
Я не выдерживаю и срываюсь, как страждущий путник в пустыне, увидевший оазис.
- Сейчас моя маленькая, сейчас я помогу. Быстро избавляю нас от одежды. Трусы не снимаю, потому понимаю, что не удержусь и сделаю, то на что сегодня не имею права. Только петтинг. Смотрю неотрывно нежная, податливая. Вся в моей власти. Встаю на колени между раскинутых ног девушки. Наклоняюсь к лицу, целую желанные губы. Глажу руками лицо, шею, хрупкие плечи. Лина негромко стонет. Черт! Подаюсь вперед своим пахом вжимаюсь в ее. Как хочется оказаться в ней. Делаю поступательные движения трусь. Ангелина выгибается дугой, стонет. Так сладко, нежно.