- Тоха, вы, че там, совсем попутали? И часто вы такое практикуете? Где вообще их берете? – я готов был уже сорваться на крик, меня выбешивало все это дерьмо. Школьные товарищи, не друзья детства, а нарколыги какие-то сплошные.
- Воу, полегче. И нет. Нет. Не могу сказать.
- Спасибо, за инфу. Увидимся. – С раздраженным вздохом отключаю вызов. Девчонки могли пострадать из-за того, что кто-то, что-то там решил. Бред. Не успей мы вовремя, могло случиться непоправимое, со всей злости пинаю лавочку, стоящую у бани ,так что она отлетает на несколько метров и разваливается. Черт. Мамина любимая, грохоту наделал идиот. Минут пять стою.
Возвращаюсь обратно и застаю картину маслом: Эльф завернутая в одеяло сидит на диване руками закрывающими лицо, рыдает навзрыд. Я подбегаю, пытаюсь убрать руки от лица.
- Лина, маленькая моя, хорошая девочка, что случилось? Что-то болит? – с тревогой спрашиваю. Она резко поднимает голову, убирая руки от лица.
- Ты?! Максим, как ты мог? – хлёстким ударом дает мне пощечину, ручка маленькая, но бьет сильно, наверное, всю силу вложила. Потому, что щека нещадно гореть. Да твою ж… Да что ж за ночь сегодня такая?
- Не понял?
Лариса Никольская.
Девушка бежала, по тротуару из последних сил превозмогая боль, дыхание перехватывало. Она рвано хватала воздух ртом, держась за бок. До дома оставались считанные метры, но надо успеть, пока не нагнали. Только бы успеть и пусть она все лето просидит дома, лишь бы сейчас ничего не случилось. Но видимо звезды, небо над головой, высшие силы решили оставить ее сегодня. Вот она заветная калитка, но.. Она не успела до нее дотянуться, чьи-то потные руки схватили ее. Блевотная вонь из-за рта обдала ее лица.
- Ну, че, цыпа, попалась? – мерзко захохотал ее захватчик. – Нашел! Крикнул он своим дружкам.
Тело девушки сковало от осознания ужаса, что с ней сейчас может случиться. Ее затолкали на заднее сиденье машины, по бокам сели два парня от них пахло потом и накуром. Водителя девушка не увидела, спереди на пассажирское сел тот, от кого воняло блевотой.
- Слышь, может пока не довезли ее, развлечемся? Соска зачетная, рот рабочий. –Заговорил.
- Не надо, пожалуйста. – Лариса просит с дрожью и слезами в голосе. Она готова была встать на колени, унижаться, только бы эти больные ублюдки не трогали.
- Заткнись. Тебе рот не давали открывать. Так че? Я еб*тся хочу.
- Нее. Сказал не трогать.
Если можно чувствовать себя грязной не замаравшись, то вот сейчас такой момент. Лариса чувствовала себя облитой помоями. Девушка сидела трясясь, она молилась всем возможным богам пока ее везли. В машине четверо и еще неизвестно сколько там, куда ее везут. Паника накрывала, от страха сковывало все тело. Нет ничего хуже ожидания расправы. А за что, казалось бы, ее наказывать? Поток невеселых мыслей прервал сидящий рядом урод.
- Эй, выдра еб*ная, выгребай, приехали.
Машина остановилась возле дома главаря этой шайки. Алла на негнущихся ногах шла.
В доме играла музыка. Ларису привели в зал, где были парни и девушки, пахло перегаром, сигаретным дымом и травкой. Всем было весело, кто-то просто целовался, а некоторые парочки где девушки верхом на партнерах скидывали с себя верхнюю одежду, если можно так назвать тряпочки еле прикрывающие тело чуть ли не совокуплялись прилюдно. Алла в шоке озиралась по сторонам. Посреди этого разврата ,развалившись на кресле, сидел Фирсов, эдакий император всея Руси. От этого сравнения девушке стало смешно и, она невольно улыбнулась.
- О, да я смотрю кому-то очень весело. – Громко сказал главарь этой шайки. И все собравшиеся тут же обратили внимание на девушку. – Ну - ну сейчас посмотрим ,кому будет весело. В комнату ее.
- Катя, и ты здесь?. – увидев подругу в комнате, побежала ее обнимать. Ведь вдвоём не так страшно, вместе они обязательно придумают, как выбраться из этого места. Но Катя холодно на нее посмотрела. – Катя, ты что?
Разговор им продолжить не дали. В комнату зашел главарь со своими приспешниками, человек семь. Лариса напряглась в ожидании. Фирсов сел в кресло возле окна, широко расставив ноги. В одной руку бутылка пива в дугой сигарета. Мерзко ухмыляясь, он дал знак и его сообщники встали по кругу в котором оказались девушки, в его центре комнаты, лицом к главному.