— Ах, ты! — Мэтт перехватил мои руки, сбрасывая меня со своей спины, укладывая на лопатки, ловко устраиваясь прямо между моих ног. — Ты разлучила меня с моей возлюбленной, — угрожающе запричитал он, и я едва ли не подавилась от разрывающего меня смеха. — И теперь ты обязана отдать чудовищу свою девственность, которую он заберет прямо сейчас! — грозно добавил, нависая сверху, в который раз давая почувствовать поразительную разницу в наших габаритах.
Шквал быстрых поцелуев обрушился на мое лицо, затем шею и ключицу, пока гибкие пальцы побежали вдоль моих ребер безжалостно начиная меня щекотать.
— Моли о пощаде, негодница! — насмешливо прошептал Мэтт прямо над моих ухом, а я едва ли не стала задыхаться от разрывающего меня смеха.
— Стой…ха-ха, прекрати! С ума сошел…ха-ха, родители же!
— Упс, как неудобно вышло, — изобразив страх, на секундочку прекращая свое воздействие, ответил парень и тут же продолжил с новой силой, а мне пришлось выгнуться дугой, стараясь хоть как-то вырваться из его цепких лап.
— Мэтт, пожалу-й-ста, ха-ха, хватит!
Вскинув правую руку вверх, я нащупала массивную шею и насильно потянула его к себе, вынуждая остановиться всего в сантиметре от моего лица, упиваясь дыханием друг друга. Мои пальцы непроизвольно зарылись в его темные кудрявые волосы, балдея от их жесткости. Глаза в глаза и я слышу, как тяжело он дышит, едва ли не физически ощущая то, с какой силой он сдерживает себя, чтобы не наброситься на меня прямо здесь и сейчас, хоть и дал мне обещание подождать до выпускного. Это подло и низко с моей стороны, но мне так нравится его дразнить, ничего не могу с собой поделать, поэтому я поддаюсь ближе и чувствую внушительную выпуклость в районе его паха, радуясь лишь тому, что черная ткань его боксеров скрывает достаточно от разыгравшегося во мне любопытства. Мэтт покорно ждет, пока я нервно кусаю губы и разглядываю его в зазор между нашими телами, любуясь выпирающими мышцами пресса и тем, что ниже, пока он настойчиво не толкается в мою промежность, отчетливо давая ощутить степень своего убеждения, а из моего горла не вырывается всхлип.
— Хочешь…посмотреть? — запинаясь, глубоко дыша, спрашивает, бегло облизывая пересохшие губы.
Его взгляд устремляется за моим, только не успевает добраться до своей цели, спотыкаясь об затвердевшие от возбуждения соски, проступающие сквозь его счастливую футболку, которую он совсем недавно подарил мне.
— Я…
Мне нужно немного времени, чтобы сориентироваться. Мы еще ни разу не заходили так далеко. Я не видела его без одежды, как и он меня. И мы никогда не трогали друг друга интимно. Это могли быть страстные зажимашки на заднем сидении его пикапа или в кузове, но всегда в одежде, а сейчас на нем были только боксеры, а на мне пижамные шорты и футболка, но чувство было такое, что на нас ворох одежды и от него необходимо избавиться немедленно.
— Да, — неуверенно прошептала я, не в силах перестать его рассматривать.
— Да? — переспросил Мэтт, и вены на его руках проступили еще отчетливее, словно только этого и ждали.
— Да, покажи мне, — повторила, облизнув пересохшие губы. — Нам ведь не обязательно продолжать? Мы можем просто посмотреть друг на друга? — тут же добавила, чувствуя, как внутри меня зарождается страх, граничащий с едва ли контролируемым возбуждением.
— Да, — глухо отозвался Мэтт, утвердительно качнув головой. — Конечно, просто посмотреть.
Он приподнялся, давая мне возможность перебраться к изголовью кровати и поджать под себя ноги. Я старалась не обращать внимание на несколько смущающее ощущение влаги между ног, хоть и жутко покраснела. Кажется, Мэтт на удивление тоже чувствовал себя несколько странно. Он был взволнован и от этого, совершенно не знаю почему, но весь мой страх отступил, словно лишь сейчас я начала понимать, насколько он был искренен со мной в своих чувствах.
От переполняющих меня эмоций мне хотелось расплакаться, но вмиг все мое игривое настроение улетучилось, как только я слышала, как распахивается дверь родительской спальни и в коридоре раздались глухие шаги.
— Черт! — вырвалось из моих губ и я тут же посмотрела на часы. Девять? Уже девять? — Тебе нужно уходить! Сейчас же!
— Ты убиваешь меня, — изобразив, словно я выпустила стрелу и пронзила его сердце, прошептал в ответ Мэтт, рухнув на кровать.
— Ну же, пожалуйста! — старательно выталкивая его тушку с кровати, взволнованно добавила я, вовремя сбрасывая его под нее.
— Белль, малышка, просыпайся! Завтрак будет через десять минут, у нас с папой к тебе есть разговор, — постучав по двери, позвала мама.