— Давай помадой, — ткнула она пальцем в помаду холодного розового цвета.
— Отлично. Сначала обведём губы карандашом, а затем помадой. Ага, вот так. Ну всё, готово. Как тебе? — любовалась я результатом своей работы. Макияж получился отличным, и он очень шёл Омаре.
— Я, конечно, всегда была красивой, но ты так красиво всё подчеркнула, что я просто не верю, что можно быть такой красоткой. Спасибо, попаданка… то есть Белла, — поблагодарила она меня. Её искренность немного ошарашила меня: всё‑таки Омара была ведьмой, да ещё и очень могущественной.
— Пожалуйста, Омара. А можно спросить? — внезапно осмелела я.
— Спрашивай, — изогнув бровь, она нехотя дала мне своё согласие.
— А вот эти зеркала… Почему они закрыты? Они опасны, да? Ты не подумай, что я шпионка какая‑то — просто мне ужасно интересно, — спросила я Омару, при этом абсолютно не зная, какая реакция последует от неё на мои вопросы.
— Вижу, что не шпионка. Ты дева хорошая, мягкосердечная, но пытливая. Скажу, но не всё. В нашем мире зеркала — не домашние игрушки. Это инструменты открытия: открытия других уровней, слоёв, что закрыты для обычных глаз, — рассказала она мне и указала когтем на угол, где стояли зеркала.
— Как порталы? — потребовала я больше информации.
— Нет, некоторые — не порталы. Другое. Они могут убить: в некоторых увидишь смерть свою, некоторые открывают будущее. И ещё много всяких нюансов — не для понимания простыми существами. Это тонкий мир. Вот наши косы, например: так мы общаемся с ковеном. Там мы храним и пользуемся древней информацией наших предков, — вдруг разоткровенничалась она.
— Я поняла. Это как чат с подружками, — улыбнулась я, вспоминая наш с девчонками чат.
— Ну с какими ещё подружками, Белла? Мы же ведьмы. Всё серьёзно. Я, одним словом, могу тебя убить, но не буду. Всё изменилось. Сейчас здесь, на Стыке Времён, мы нужны, но нас уважают — не убивают, не похищают. Были для нас и тяжёлые времена. А уж сколько погибло ведьм в вашем мире… — сказала она и закатила глаза.
Я понимала, о чём она говорит: ведь в Средневековье страшная инквизиция уничтожила много женщин, и среди них, видимо, были сородичи Омары.
— Прости, — сказала я искренне, пытаясь извиниться за то, чего я не делала, но чувствовала вину.
— Ты не виновата. Нас гнали повсюду, боялись, мучили. Пара наших ковенов отправились в ваш мир, где столкнулись с ужасной человеческой жестокостью. Но нас спасли колдуны: взамен на соединение рода они предложили нам защиту и дом. Так что сейчас всё хорошо — и пусть так будет. На подарок тебе, — сказала она и вручила мне небольшое зеркало в серебристой оправе с алыми цветами.
— Омара, спасибо! Оно такое красивое. А это теперь твоя сумка, — протянула я ей свою сумку, ни капли не жалея, что расстаюсь с ней.
— Это не простое зеркальце. Оно может показать истинную сущность стоящего перед тобой. Береги его — оно может понадобиться тебе.
— Спасибо, Омара, — поблагодарила я её ещё раз.
— Ну что, пойдём. Дам тебе заслуженные подсказки, а то кот, наверное, там уже весь извёлся, — сказала она и, щёлкнув пальцем, потушила в комнате весь свет.
Когда мы уже прошли светоч и подходили к лестнице на первый этаж, она резко обернулась ко мне и тихонько сказала:
— Этот светящийся куб — накопитель нашей ведьминой памяти, — подмигнула она мне и добавила ещё тише: — На кота своего зеркальце не направляй. Пушистые не любят зеркала. Никогда не направляй, поняла?
Я закивала. Мне даже как‑то не по себе стало от её вновь переменившегося взгляда.
Когда мы поднялись наверх, я почувствовала, что Лео волновался. Он сидел на кресле в размере обычного домашнего кота и смотрел по сторонам. Когда мы с Омарой подошли к её столу, он резко вскочил и принял человеческий размер — от этого я опять вздрогнула: никак не могла привыкнуть к его метаморфозам.
— Девочки, вы что‑то долго, — прошипел Лео.
— Нормально. Это ведь и в твоих интересах, котик, — бросила в его сторону Омара.
— Давай нам подсказки, и мы пойдём. Быстрее начнём — быстрее закончим, и отправим Беллу домой, — быстро проговорил Лео.
— Во‑первых, не подсказки, а подсказку. А во‑вторых, чего ты вдруг заторопился, Лео? Ждал‑ждал деву, а тут её домой резко захотел отправить. Надоела уже?! — будто издевалась над ним Омара.
— Слушай, это просто то, что я должен выполнить. Это моё предназначение. Не хочу быть никому должен. Всё просто. Давай свою подсказку, и мы пойдём. У тебя наверняка и самой дел полно, — уже начинал злиться он на неё.