В тот день мы хотели с Ксафаном бежать и уже добрались до портала, когда увидели, что страшный ураган уничтожает наш мир. Мы колебались — хотели спасти наших родных, но для них уже было поздно. И мы в последний момент успели прыгнуть в портал. Так мы оказались на Стыке Миров — единственные выжившие из мира людей огня.
Мы были неразлучны, всегда вместе. Нам дали кров и еду, работу — нас приняли здесь. Ксафан работал в обществе колдунов. И однажды мой Ксафан случайно перепутал свой мешок с мешком могущественного колдуна. Когда он пришёл домой, то понял, что взял то, чего не следовало. В мешке были какие‑то артефакты — мы даже не знали, для чего они.
Но колдун подумал, что мы специально выкрали у него эти вещи, и напал на наш дом. Мы отбивались как могли от его электрических разрядов. Только объединив наши силы, мы смогли победить колдуна. Но, умирая, он проклял нас. Зная, что мы безумно любим друг друга и никогда не расстаёмся, он разлучил нас и ослепил, чтобы мы больше никогда не смогли встретиться.
— Вот это история, — сквозь слёзы прошептала я и приобняла бабушку за плечи. Она была такая горячая, что я вздрогнула, едва коснувшись её.
— Не плачь, деточка, и не пугайся. Это пламя во мне, но оно уже утихло без моего любимого Ксафана. Никогда, никогда не теряй любовь, борись за неё до последнего, слышишь? — Утирала она шершавой горячей рукой мои слёзы.
— Я не плачу, бабушка. Просто мне очень жаль, что вы не можете со своим любимым найти друг друга, — всхлипывая, сказала я дрожащим голосом.
— Каждый день, вот уже двадцать лет, я прихожу сюда, в парк, с помощью соседки — в надежде, что он тоже придёт сюда, если он ещё жив. Ведь после смерти колдуна я очнулась одна и даже не знаю, куда делся мой Ксафан, — с грустью сказала она.
— Почему сюда? Это было ваше место встреч, бабушка? — поинтересовалась я.
— Мы любили здесь гулять. Тут неподалёку есть дерево с красными листьями — на нём мы выжгли свои инициалы на память. Мне кажется, если Ксафан жив и ищет меня, то именно здесь, — закончила она свой рассказ и замолчала.
А я сидела, прижавшись к ней, и взглядом искала дерево с красными листьями и выжженными инициалами. И спустя пару минут нашла.
— «К» и «З»? Это вы, бабушка? — решила поинтересоваться я.
— Да, деточка, мы — Ксафан и Зафира. Это наши имена. Никто кроме нас не знает их, а если знает — не произносит: сказанные злым сердцем, они могут вызвать пожар, — сказала она. Я заметила одинокую слезу, скатившуюся по её сморщенной щеке.
— Необычные у вас имена. Красивые.
— Мы в молодости были очень красивые. У Ксафана были ярко‑красные волосы, а у меня — ярко‑голубые. У него были такие красивые глаза и губы, а руки — такие ласковые. А над губой — две родинки. Я их так любила целовать. Я очень скучаю по нему.
— Бабушка Зафира, что я могу сделать для вас? — Мне хоть чем‑то хотелось ей помочь.
— Деточка, я пить хочу. Соседка не скоро за мной придёт, а водичку я с собой забыла. Не сходишь, не купишь мне? — попросила она меня.
— Конечно! Я быстро. Никуда не уходите, — с этими словами я почти бегом побежала к уже знакомой лавке за водой.
Быстро купив воды у эльфийки‑рыси, я проходила мимо красного дерева с инициалами. В метрах пяти я заметила дедушку: он пытался поднять свою палочку, но делал это так, будто абсолютно её не видел.
— Дедушка, вам помочь? — подскочила я к нему.
— Да, не могу найти свою палку, а без неё я никак. Слепой я, деточка, — сказал он мне.
Я испытала шок: это не похоже на простое совпадение — за небольшой промежуток времени я встретила двух слепых стариков. Но если бы он был тот самый, как они не встретились до сих пор? Бабушка‑то в паре метров от него сидит на скамейке.
— Держите, дедушка. А вы здесь просто гуляете? — подавая ему палочку, спросила я для прояснения ситуации.
— Да, просто гуляю. Мне туда, — сказал он и резко пошёл вперёд.
Я посмотрела ему вслед, а он будто почувствовал — обернулся. И я каким‑то чудом заметила две родинки у него над губой.
— Ксафан! — крикнула я. — Ксафан, не уходите! Ксафан!
— Что? Как ты меня назвала? Никто не знает моего имени, кроме одной… — Он направился ко мне, довольно резко для дедушки развернувшись.
— Я назвала вас Ксафаном. Я знаю ваше имя, потому что знакома с Зафирой, — сказала я и уже не могла сдерживать слёзы — слёзы радости.
— Зафира! Любовь моя, она жива?! Где она, деточка? Отведи меня к ней! — занервничал дедушка.