Я не замужем, хотя поклонники, приглашающие на свидания, у меня стабильно есть. На свидания я хожу, но дальше пары встреч отношения не развиваются. Не то чтобы мне никто не подходит или я слишком высокого о себе мнения — просто никто так и не разбудил во мне сильных чувств и не подобрал ключик к сердцу. Парни попадаются хорошие, но хочется любви — раз и навсегда.
Сегодня был обычный день, и шёл сильный дождь — буквально стеной. Я торопилась на дежурство. Дождь принёс долгожданную свежесть: летняя духота сводила с ума, находиться вне помещения с кондиционером было практически невозможно. Асфальт буквально плавился под прямыми лучами обжигающего солнца, люди перебегали от тени к тени — и вот он, наш спаситель, — дождь.
Мне нравилось дежурить ночью. Во‑первых, в эндокринологическом отделении редко случались экстренные ситуации — наверное, поэтому я и выбрала эту специализацию. Да, были операции, были маленькие и большие пациенты, но в основном всем можно было помочь: если не вылечить, то стабилизировать состояние и отпустить домой с благоприятным прогнозом.
Во‑вторых, я просто обожала не спать в летние ночи — пусть даже на работе. Ночи стояли тёплые. Мне так нравилось сидеть на подоконнике у открытого окна в конце длинного коридора отделения! Тишина, тёплый воздух, ночные звуки — я обожала эту атмосферу.
Вот и сегодня меня ждало очередное дежурство. А завтра утром нужно быть у подруги на даче — помочь приготовить праздничный ужин в честь её дня рождения. Поэтому на дежурство я шла в чёрном платье‑комбинации с целомудренной длиной до середины икры, но с очень озорным разрезом по бедру. В отделении я планировала сразу переодеться в рабочий костюм.
Поскольку сразу после больницы собиралась отправиться на вокзал — чтобы душная электричка унесла меня за город, — с собой я взяла косметичку и укладочное средство. Завтра перед ужином нужно навести красоту. Как говорится: «Omnia mea mecum porto» («Всё своё ношу с собой»).
На ногах у меня были потрясающие кожаные лодочки — дорогущие, купленные прошлым летом в аутлете и нежно любимые, оберегаемые. Но сегодня, как назло, погода для них не подходила: шёл сильный дождь, и я очень боялась их испортить.
«Надо было кроксы надеть», — думала я и улыбалась сама себе. В этом платье и в белых кроксах я смотрелась бы забавно. Но, учитывая современные модные тенденции и популярную ныне свободу самовыражения, вполне уместно.
Переходя огромную лужу от автобусной остановки к больнице и лавируя между припаркованными машинами, я ускорила шаг, прячась от брызг проезжающих по лужам автомобилей. До крыльца больницы оставалось буквально 200 метров, но лужа была не только широкой — судя по увязшим в ней людям, она достигала почти колена в глубину.
Дождь уже закончился, и в небе появилась радуга. Многие останавливались, чтобы сфотографировать это волшебное явление природы. Я же немного торопилась и пыталась преодолеть последнее препятствие перед работой.
Чтобы не замочить и окончательно не испортить свои любимые туфельки, я решила их снять. Но, поскольку я уже стояла в луже, сделать это оказалось непросто. Сначала я сняла первую туфельку и крепко держала её в руках. Пританцовывая на одной ноге, пыталась стянуть вторую — за каблук. Вдруг приближающаяся машина вспугнула меня.
Перспектива быть обрызганной не самой чистой водой из городской лужи мне совершенно не нравилась. Инстинктивно я отпрыгнула в сторону поребрика. От моих неловких движений одна из прекрасных туфелек упала в воду и, словно лодочка, поплыла к ливнёвке.
«Ну уж нет! Я этого не допущу! Не позволю своей туфельке одиноко плавать в канализации!» — с такими мыслями я буквально рванула к ливнёвке, уходящей глубоко под землю.
Вдруг вокруг меня начала закручивать воронка из воды. Я стояла в её центре и не могла пошевелиться. Воронка становилась всё больше и больше — мне казалось, ещё чуть‑чуть, и она засосёт меня куда‑то.
Прямо передо мной, в ста метрах, тянулась необыкновенная радуга. Мне казалось, я могла бы дотронуться до неё рукой. В этот момент мне совсем не было страшно.
И тут я вспомнила слова цыганки: «Ты поймёшь, когда что‑то потеряешь. Мир сменит направление…» — и ещё что‑то в этом роде. Мне было так спокойно! Я прямо чувствовала, как радость разливается по венам от предвкушения чего‑то нового.