— Понимаю. У меня другая ситуация: я знаю, кем занято моё сердце, но от этого мне не легче, — поделилась я с Мари.
— Ты влюблена? — заинтересованно спросила она.
— Да.
— Безответно?
— Нет, он тоже влюблён, но мы не можем быть вместе, — сказала я и ощутила такую тяжесть в груди.
— Это ты так решила или он?
— Никто так не решил. Я не знаю, почему мы не можем быть вместе — просто не можем. Обстоятельства так складываются, и я так хочу это изменить, — сказала я, и слёзы потекли по моим щекам.
— Белла, не плачь. Если вы влюблены, значит, всё сложится. Здесь, на Стыке миров, влюблённые обязательно становятся счастливыми — это волшебное место. Поэтому многие пары бегут сюда из своих миров, — обняла она меня. Мне стало так тепло в её объятиях, будто она была моим родным, близким человеком. Я была уверена в том, что Мари — моя родная кровь, я чувствовала это.
— Спасибо, Мари, за поддержку. Прости, что расплакалась перед тобой.
— Белла, у тебя так много предназначений? — удивилась она, взглянув на мою руку.
— Да. Осталось три — четыре я уже исполнила. Но те, что остались, — самые сложные, — рассматривала я своё запястье вместе с Мари.
— Поделись со мной. Вдруг я смогу помочь? Хотя у меня самой нет предназначения, поэтому, наверное, я не чувствую себя счастливой. Ведьмы сказали, что я здесь по ошибке, — сказала она и вытерла мои слёзы небольшим шёлковым платком.
— Мне нужно растопить сердце мужчины, совершить важный поступок и спасти родную кровь, — глядя в глаза Мари, произнесла я.
— Ну, с первым вроде как у тебя проблем нет: ты ведь влюблена. А со вторым и третьим ты тоже справишься. Ты смелая, Белла, не боишься быть собой, проявлять чувства. Но ты не лесная, ведь так? — подловила она меня.
— Я попаданка из мира людей, Мари. Ты права.
— Зачем же кот соврал? Пытается оградить тебя от плохого? Боится за тебя? — нахмурившись, смотрела она на меня.
— Скорее всего. Знаешь, Мари, я здесь недолгое время, а столько событий со мной уже произошло! Иногда мне кажется, что это всё происходит не со мной — будто я сплю или смотрю на это со стороны. Я даже не успеваю осмыслить то, что со мной происходит.
— Белла, у меня есть одна трава — волшебная. Она помогает прояснить мысли в голове. Добавлю её в чай, и тебе станет немного легче, — сказала она и отошла к окну. Она казалась такой спокойной, безмятежной, даже немного отстранённой. Мне было жаль, что она не может найти своё счастье. Мне искренне хотелось ей помочь, спасти её.
Положив травы в глиняный кувшин, она смотрела вдаль и напевала что‑то под нос — тихо‑тихо.
— Что ты напеваешь, Мари? — Уж больно знакомой показалась мне эта мелодия.
— Это песенка такая. Её перед сном малышам поют, называется «колыбельная». Она меня успокаивает, — объяснила она мне.
— Я знаю, что такое колыбельная, Мари, — и до меня начало доходить то, что сейчас произошло. Я резко подошла к ней: — Напой ещё раз, громче.
— «Люли, люли, люленьки, прилетели гуленьки, сели гули на кровать, стали гули ворковать», — напела она, испуганно смотря на меня.
— Эту колыбельную пела мне моя прабабушка, Мари! Откуда ты её знаешь?
— Не помню. И правда, откуда эта песня? Я просто всегда её знала — и всё.
— Марина Смирнова! Ты — Марина Смирнова, я узнала тебя! — вдруг закричала я.
— Кто такая Марина Смирнова? — зайдя в кухню, спросил Лео.
— Я — Марина Смирнова. Это всё, что я помнила, когда попала сюда. Но Ленария всегда называла меня Мари — сокращённо от Марины, и я привыкла. Белла, откуда ты знаешь моё имя? — вопросительно уставилась на меня Мари.
— Марина Смирнова — это моя бабушка. Она пропала, когда моей маме было два года. Я — дочь твоей дочери, Мари, — сказала я и обняла свою такую незнакомую, но очень родную бабушку.
— Я… Я помню, как зашла в воду. Хотела намочить ноги — и вдруг водоворот. И я здесь. У меня есть дочь и любимый — Олег. Я вспомнила, Белла! Слышишь, я вспомнила! — обнимала она меня в ответ и плакала от радости.
— Да, Олег — это мой дед. Твоя дочь — моя мама, Мари. Ты — моя родная кровь, — уже рыдала я.
— Ого, как много слёз, девы! Радоваться надо — вы нашли друг друга. Такая трогательная встреча получилась, да, Лео? — улыбался Владимир, стоя у стены.
— Да, я сам не ожидал, — шмыгал носом кот.
— А мы и радуемся, Мари. Я должна спасти тебя. Ты хочешь вернуться в наш мир, домой? — спросила я, не переставая обнимать её.