— Ты что творишь, ненормальная?! — вскрикнула Омара и резко дёрнула меня к себе.
— Я ничего не сделала, просто посмотрела, — очнувшись, оправдывалась я.
— Людям — да и вообще всем существам, кроме ведьм, — нельзя подходить к нему, а тем более смотреть на светоч ковена! — продолжала злиться Омара.
— Я даже не знаю, что такое светоч ковена, — пожала плечами я. Я и правда не знала, о чём она говорит, но понимала по её реакции, что это что‑то важное для ведьм и опасное для меня.
— Конечно, ты не знаешь, глупая попаданка. Забудь, что ты видела, и быстро идём за мной, — схватила она меня за предплечье и повела с такой скоростью, что мне казалось, будто я лечу.
Мы спустились ещё ниже и пошли по длинному коридору. С Омарой мне страшно не было — она всё‑таки могущественная ведьма. Но одна в этом коридоре я оказаться желанием не горела. По углам паутина не висела, но нечто тяжёлое и давящее парило в воздухе. Спустя пару минут мы подошли к обычной двери, и Омара открыла её передо мной.
— Заходи. По сторонам особо не смотри: в этой комнате много зеркал, не все они хорошие. Правильно тебя кот предупреждал, поняла? — то ли пыталась напугать, то ли реально предупреждала меня Омара.
— Да, поняла, — закивала я.
Я прошла следом за Омарой. В нос мне ударил тяжёлый запах. Омара щёлкнула пальцем — и повсюду зажглись свечи. Я ахнула: до чего красиво было её действие и его результат! Множество свечей трепетали в унисон от нашего с Омарой дыхания.
— Красиво, да?
— Очень, — кружилась я вокруг и осматривалась. В комнате стояло множество зеркал — разных размеров и в разных рамах, и все они были накрыты покрывалами.
Омара подвела меня к небольшому круглому столику и присела в кресло рядом с ним. Столик был очень необычный: у него вместо ножки были толстые ветки. У столика, на стене, висело круглое зеркало в позолоченной витиеватой рамке. А ещё на столике лежали ветки с листьями — и как будто шевелились.
— Здесь будем краситься. Давай, открывай свою сумочку, — сказала она мне и взмахом руки скинула ветки на пол. Они, словно змеи, уползли в угол комнаты. — Не пугайся, это лесные ведьмы столик принесли. Вот он и живой.
— Омара, здесь темновато. Свечи, конечно, очень красивые, но для того, чтобы краситься, света не хватит, — объяснила я ей.
— Так подойдёт? — сказала она и снова щёлкнула пальцами. Свечи разом затухли, оставив после себя дымящиеся дорожки в воздухе, а под потолком зажглись большие современные лампы.
— Да, отлично. Ловко у тебя получается. А в это зеркало можно смотреться? — указав на зеркало на столике, спросила я.
— Да. Это зеркало запоминает всё, что мы с тобой в нём сделаем. Я потом могу посмотреть в повторе и всё повторить.
— Как интересно! Ну что же, начнём, — открывая сумку и выкладывая огромную плюшевую косметичку на стол, сказала я.
— Да ты и сама кудесница! Как такая большая сумка могла поместиться в этой сумочке? — указывала она на косметичку.
— Это называется косметичка, и теперь она твоя. Смотри, чтобы всё хорошо легло на лицо. Его нужно подготовить. Это сыворотка: сначала её наносишь, потом крем, а потом ждёшь, чтобы это всё впиталось. Тут у меня ещё есть маски: если, например, нужно выглядеть особенно хорошо, открываешь, наносишь на лицо и через пятнадцать минут убираешь, — рассказывала я ей и наносила сыворотку.
— Какое приятное ощущение на коже! А ты молодец, — хвалила она меня.
— Теперь берём спонж и наносим тональный крем. Затем здесь, здесь и здесь — консилер. Потом пудра, скульптор, хайлайтер и румяна. У каждого средства своя кисть: кисти нужно мыть, и спонжи тоже, — продолжала я красить лицо ведьмы.
— О, мне уже так нравится! — восхищалась она собой в зеркале.
— Подожди ещё. Теперь карандаш и гель для бровей. Много не нужно: у тебя, Омара, и так очень выразительные черты лица, но мы их немного подчеркнём. Смотри: это палетка теней. К твоим зелёным глазам подойдут зелёные и коричневые тени. Смотри, сзади упаковки есть схема, — перевернув палетку, показала я ей.
— Ага, вижу. Всё понятно, и даже я справлюсь. Ты так хорошо объясняешь, — хвалила меня Омара.
— Дальше мы делаем подводку: лайнером очень удобно. Завершаем глаза тушью. Возьми, крась сама. Вот так: чтобы удобнее было, надо рот открыть, — показывала я Омаре, как правильно красить ресницы.
— Странно, но с открытым ртом удобнее, — улыбнулась она.
— Да, и правда странно. Я не знаю, как это работает. Типа женская мудрость, передающаяся из поколения в поколение, — засмеялась я и продолжила: — Вот, отлично! Смотри, как мы подчеркнули твои глаза. А теперь губы. У меня есть карандаш для губ, помада и блеск. Чем покрасить тебя? — спросила я её.