Он почти улыбается. Видимо, если эта затея и кажется ему нелепой, то только совсем чуточку.
— И как долго, по вашим предположениям, продлился такое наблюдение?
— Пока мы не найдем хотя бы одного из членов Клуба. А он, возможно, сумеет привести нас к остальным.
— И что потом?
— Поживем — увидим. Скорее всего, быстро снимемся с якоря. Уходи, как только начинается самое интересное — вот мой девиз.
Джек задумчиво разглядывает меня. Я его явно заинтриговал.
— Мне нужно время, чтобы продумать все возможные ходы, — говорит он, — и я хочу увидеть клуб в таком виде, каков он сейчас.
— Никаких проблем.
— И мне нужно встретиться с графиней.
Я хмурюсь.
— Это посложнее. В данное время она не расположена ни с кем встречаться.
Джек пожимает плечами и встает.
— Как вам угодно.
— Сядьте, — говорю я. — Разрешите, я сначала с ней переговорю. Она не слишком общительна.
— Тогда как же она собирается вести клуб?
— Во-первых, она не будет присутствовать там ежедневно. Никто не будет знать, появится она там сегодня или нет, поэтому каждый вечер будет для них полон ожидания. И она всегда будет в маскарадных костюмах. Скрыв лицо под маской. Естественно, это сделает ее еще более экзотичной и недосягаемой. Не мне вам рассказывать, что больше всего на свете мужчин притягивает неизвестность, которую можно попробовать покорить.
Что ж, приходится рассказывать ему и это.
— Графиня станет притягательной и недоступной, как Эверест. Сейчас мы прорабатываем детали, готовим платья, парики и маски. Украшаем клуб, — продолжаю я бодрым, доверительным тоном. — Он будет оформлен в стиле итальянского карнавала. Вскоре сами увидите. И мы планируем устраивать маскарады. Тематические вечера, так сказать. Будем притягивать сброд со всего света. И шпионить за всеми. — Я широко улыбаюсь. — Честно говоря, мне не терпится поскорее начать. Кроме всего прочего, это еще и весело, правда?
— Договоритесь с графиней о встрече, — говорит он. — Если она сомневается, можно ли мне доверять, с удовольствием подпишу предварительное соглашение о конфиденциальности.
Я внимательно рассматриваю его.
— Вам кажется, я вам не доверяю?
— Я знаю, что могу доверять самому себе, — отвечает он. — И больше никому.
— Тогда что бы вы сделали на моем месте? — говорю я.
— Нанял бы меня.
Мы встречаемся за чаем в «Уолдорф-Астории» — если Джек откажется с нами работать, он не будет знать, где мы живем, хотя вскоре адрес клуба все равно появится во всех газетах. Мы садимся за столик у задней стены, откуда хорошо виден весь зал. Охранять нас пришли Маттео с Орландо. Мы представляем их.
— Благодарю вас за то, что нашли время встретиться со мной, — говорит Белладонна. — Думаю, вам хочется задать очень много вопросов.
Джек кивает.
— В том числе — о доверии, — добавляет она.
Он смотрит на нее. Должен сказать, она просто восхитительна — в черном креповом костюме, с осиной талией, крупные красные пуговицы на лифе и такие же красные кожаные перчатки. Она надела каблуки, чтобы выглядеть выше, но сидит так прямо, что, кажется, возвышается надо всеми в этом зале. Губы ее накрашены такой же ярко-алой помадой, которая подчеркивает пронзительную зелень глаз. Точнее, подчеркивала бы, если бы глаза были видны. Ее волосы, собранные в аккуратный пучок, венчает маленькая бархатная шляпка с вуалью, скрывающей лицо.
О, как мне нравятся женщины с налетом таинственности!
— Хотя мне кажется, — продолжает она, ее голос низок и сладкозвучен, — это мне скорее пристало задавать вопросы о доверии.
— В каком же отношении?
— В том, которое мне нужно.
— Объяснитесь.
— Надежны ли вы как детектив и как человек.
Он хмурится.
— Как детектив — уверяю вас, графиня.
— Зовите меня Белладонной.
Он кивает. Он еще не знает, что такая привилегия дарована немногим. И верно, мало кто разговаривает с ней как с Белладонной. Ну и что? Им же хуже.
— И как человек, — повторяет она.
— Как человек? Я вас не понимаю.
— Женщины. Это ваша слабость?
Его лицо тускнеет.
— Нет. В настоящее время — нет. Больше нет.
— Хорошо. — Она отпивает глоточек чая «Лапсанг сучжонг». — Томазино говорит, он объяснил вам сущность нашего замысла.
— Вкратце.
— Вам предстоит работать по ночам. Но даже в нерабочее время вы должны всегда быть наготове, в пределах досягаемости. Если у вас есть семья или иные обязательства подобного рода, они, несомненно, осложнят вам жизнь.