— Я тебя провожу, возражения не принимаются, — строго сказала Ноэль.
Хмель из неё полностью выветрился. Подруга, как всегда, была серьезна и собрана, поэтому она деловито нацепила привычную броню, проверила оружие и кивнула в сторону двери. До дома Кейи добрались быстро, меня словно кто гнал. Сильно волновалась за него.
— Стой! — ухватила меня за рукав Ноэль: — Дверь открыта. Это подозрительно. У тебя же есть ключ?
Кивнула и вытащила связку ключей, которую мне при прощании сунул в карман Альберих.
— Я первая зайду, — нахмурилась Ноэль.
Так и поступили. Лучше бы подруга сразу пошла домой. Она стала свидетелем моего унижения. Это, пожалуй, ранило ещё сильнее предательства мужа. В гостиной был беспорядок, повсюду валялась женская одежда. У дивана стоял журнальный столик, он был заполнен тем что обычно готовят к романтической встрече. Фрукты, сладости, вино, мой любимый виноградный сок. Похоже, не только я люблю этот сок.
Заставила себя смотреть дальше. Это и есть его тренировочные поединки? Дверь в спальню широко открыта, а на постели возлежит обнаженная блондинка. На той постели, где он всю ночь меня любил. Хотя нет, для него это, видимо, не было любовью, а было просто обычным трахом. Причем качеством ниже среднего, раз потребовалось после ещё девицу привести. Если я его не удовлетворила, зачем он потащил меня в храм. Из-за ребенка или, чтобы насолить брату. Альберих, наверное, не хотел, чтобы игрушка досталась Дилюку. Да какая теперь разница.
— Дорогой, ты где? Я вся горю, — пропела блондинистая зараза, полоснув меня острой бритвой по сердцу.
Надо бы сейчас развернуться и уйти, но ноги будто приросли к полу. Кейа вышел из ванной. Он в таком же виде как вчера, в одном полотенце. Я только горько усмехнулась.
— Донна, ты …
Я не дослушала, не хотела слышать банальное: ты всё не так поняла.
Сдернула с пальца кольцо и бросила под ноги Альбериху. Могла бы сорвать также тату, сделала бы это. Пожелала оказаться как можно дальше от этого места, от человека, унизившего и растоптавшего мою гордость. Подругу я тоже видеть не хотела, не после того, чему она стала свидетелем. Мысленно произнесла заклинание Аппарейт, и воронка портала закружила меня. Слышала отголоски криков Кейи и Ноэль, но это пустое. Я хотела убраться подальше от мужчины, разбившего мне сердце. Так далеко, чтобы меня не смогли найти.
Где я оказалась, не знаю. Поначалу подумала, будто наступила ночь. Но нет, в этом месте просто была очень сильная гроза. Упала на колени в вязкую грязь и завыла. Слез не было. Наверное, всё, лимит соленой жидкости превышен. За меня плакали небеса. Знала, всегда знала, что так произойдет рано или поздно, но не в первый же день после свадьбы. Больно, очень больно. Но вчерашняя ночь стоила этой боли. Я буду всегда помнить, как летала на крыльях любви и недолгого счастья. Яркие молнии с треском впивались в землю рядом со мной, раскаты грома заглушали мой крик. Но, видимо, меня всё же услышали. Чьи-то руки помогли подняться на ноги.
— Девонька, ты как тут очутилась, — прозвучал старческий мужской голос.
Шестнадцатая глава
Сижу на крыльце нашего маленького домика и смотрю на загорающийся розово-фиолетовый рассвет, спать становится сложно. Да, всё делать сложно, со дня на день родится моя Алиса. Больше полугода я живу у дедушки Рюу. В день моей свадьбы случился казус, и меня унесло из Мондштадта в регион Инадзума, на остров Наруками. Живем мы недалеко от деревни Кондо, пара часов пешим ходом. Живем уединенно. К нам редко кто забредает, неудобное это место для путешественников, никаких важных дорог возле нашей заброшенной деревеньки не проходит.
Эти полгода, пожалуй, самые спокойные в моей тейватской жизни. Ничего не происходит, никуда не нужно бежать, не надо сражаться и опасаться удара в спину. Может и неплохо получилось с переносом. Я спокойно дохаживаю беременность, у дедушки Рюу появился смысл в жизни, скоро правнучка родится. В деревне он меня представил женой его погибшего внука. Гражданская война идет в регионе. Так вот, его внук пропал без вести в противостоянии. Сын с невесткой погибли ещё раньше от рук разбойников, они везли товар в город и попали в засаду. Дед остался совсем один. Некогда многочисленная деревня опустела, кто-то переехал, кто-то умер от старости.
Моё появление для старика стало подарком небес, он совсем уж было захандрил и собирался умирать. Сначала пришлось больше недели возиться со мной, нервный срыв и магическое истощение подкосили моё здоровье. После, когда узнал мою историю, посочувствовал и предложил остаться жить у него на правах родственницы. Согласилась, идти всё равно было некуда и опасно нынче проживать в стране Молний владельцам Глаза Бога. Не так давно ввели странный закон. С какой-то непонятной мне целью власти отбирают артефакты, дарованные Селестией.