В конюшне же он находился, потому что очень любил лошадей. Его отец был конюхом на службе у отца Тифея, и в детстве Тайрис много времени проводил в конюшне вместе с отцом. Тогда он и научился ухаживать за лошадьми. Со временем уход за лошадьми стал его тайным увлечением. По ночам Тайрис пробирался в конюшню, чтобы холить и лелеять своих любимых лошадок. Те привыкли к нему, так как знали его ещё со своего рождения, и не поднимали шум.
Сейчас, по своему обыкновению, Тайрис снова находился в конюшне. Хоть это была чужая конюшня, но сейчас в катагогии не было других постояльцев, и здесь были только лошади охотников. Слуги, работающие в катагогии, не отвечали за лошадей своих гостей. Постояльцы должны были сами заботиться о них. И Тайрис добровольно вызвался накормить, напоить и почистить уставших лошадей. Остальным слугам, за ненадобностью, был дарован отдых. Они остались с обозом за стенами катагогии.
К моменту, когда пришёл Беллерофонт, Тайрис уже успел осмотреть лошадей на наличие ран, насыпать им корма, а также набрать им воды из колодца. Теперь Тайрис обходил каждую лошадь и расчесывал её, чтобы убрать прилипшие куски грязи, травинки и насекомых.
Беллерофонт пришёл сюда, чтобы поблагодарить Лидоса за его помощь в успешной охоте. Юноша погладил коня по морде и похлопал по крупу, а затем достал из своей сумки зелёное яблоко.
- Он ест яблоки? – поинтересовался Беллерофонт у Тайриса.
Тайрис, даже не поворачиваясь к Беллерофонту, утвердительно кивнул ему в ответ.
Беллерофонт поднёс яблоко на своей ладони ко рту Лидоса, и тот сначала облизал, а затем схватил угощение зубами. Пожевав несколько секунд, конь проглотил яблоко. Тайрис в это время уже отошёл к другому скакуну. Беллерофонт, убедившись, что Тайрис повернулся к нему спиной, придвинулся к Лидосу вплотную и прошептал ему на ухо: «Спасибо, друг! Ты мне сегодня очень помог. Жаль, я не могу оставить тебя себе. Но я надеюсь, что о тебе здесь будут заботиться… - Беллерофонт запнулся, не зная, что ещё сказать, - в общем… - Лидос дёрнул ухом – шёпот Беллерофонта щекотал его, и это вызывало раздражение. – Прощай! – выпалил Беллерофонт и поспешил удалиться.
Выйдя из конюшни, юноша услышал шум – ехала повозка. Беллерофонт решил посмотреть, кто это так поздно едет? Повозка и три сопровождающих её всадника остановились у ворот катагогии, по обеим сторонам которых стояли статуи бога Гермеса. Всадники слезли со своих лошадей, и к ним мгновенно подбежал молодой парень, работающий здесь.
- Простите, господа! У нас много гостей, и мы не сможем вас принять! – заученным текстом произнёс слуга.
- Спокойно! – осадил его один из всадников. – Там внутри должны быть наши товарищи. Вас не предупредили, что ещё подъедут? Давай, отворяй ворота! Надо повозку во двор загнать.
- Простите, я сейчас же спрошу на счёт вас у хозяина. – Слуга извинился и побежал внутрь катагогии.
- Быстрее, бестолочь! – вдогонку ему крикнул гость.
Беллерофонт узнал этот суровый голос. Хоть и слышал он его не так часто, но этот голос врезался в его память.
- Генеос! – Окликнул он охотника, подойдя ближе.
Генеос повернулся и заметил Беллерофонта.
- О! Это же наш везучий новичок! – обрадовался Генеос.
Беллерофонт и Генеос обнялись, и лидер охотников похлопал юношу по спине.
- Давай отойдём, поговорим наедине. – Предложил Генеос.
- Да, конечно.
- Слушай, - начал Генеос, когда он и Беллерофонт отошли к конюшне, чтобы их никто не слышал, - мне ребята уже рассказали, как ты завалил этого кабана-переростка. Признаю, это было здорово. Я вот сплоховал, но,… в общем, не обо мне речь. Беллерофонт, что ты думаешь насчёт охоты на монстров на постоянной основе?
Беллерофонт оказался в замешательстве. После победы над вепрем он расслабился и почивал на лаврах. О будущем он и не думал.
- Я не настаиваю. Это твоя жизнь – тебе и выбирать. - Продолжил Генеос. - Ты получишь свою долю награды, и можешь делать с ней всё, что захочешь.
«Награда? Точно! – Осенило Беллерофонта. - За убийство вепря ведь положена награда. Сколько я получу? Наверняка много! На эти деньги можно… можно… А куда я могу эти деньги потратить? Я даже цен не знаю. Меня могут обвести вокруг пальца, и я потеряю все деньги в два счёта. Опять же, куда эти деньги потратить? Я не знаю ремесел и не умею торговать. Открывать мастерскую или лавку бессмысленно. Наняться стражником? Я уже думал об этом. Наверное, у меня не получится слепо следовать приказам командира и господина. Бррр. Называть кого-то господином – для меня уму непостижимо. Я был принцем Коринфа. Я всю жизнь был свободен и делал всё, что захочу. Соглашаться на добровольное рабство я не собираюсь. Точно! Я – особенный! Всё сложится в мою пользу, даже, если я ничего не буду предпринимать. Нужно просто подождать и …»