Во-вторых, Эстер постоянно опасалась за саму себя. Одна мысль о Рамиро, о его липких взглядах и многозначительных смешках вызывала в ней такое отвращение, точно она была окружена мерзкими гадами, пауками, крысами, которые вот-вот могли наброситься на нее. Она панически боялась оставаться с отчимом наедине, а он специально искал такого случая, то и дело отпуская в ее адрес многозначительные шутки и намеки. Дошло до того, что девушка стала опасаться, что в один ужасный день не сможет дать ему отпор и он ее изнасилует.
Предчувствие этого ужаса преследовало ее каждую минуту, но врожденное чувство стыдливости мешало ей поделиться своими страхами хотя бы с сестрами, которые, на ее беду, все еще считали Эстер малышкой.
Единственным человеком, в котором она могла видеть защиту и опору был Артуро.
Она боялась признаться самой себе, до какой степени он был дорог ей. И не понимала Габи, которая, вместо того чтобы броситься Артуро на шею и ответить на его любовь, навязывала ему роль друга детства.
Эстер давно так и подмывало поделиться с Артуро своими переживаниями и дать ему понять, что она относится к нему совсем иначе, чем Габи. Но в тот день, когда девушка наконец решилась на разговор с Индейцем, ей не повезло. В участке она застала только Демокрасио.
Эстер, узнав, что Артуро выехал на задание, хотела немедленно уйти, но Демо, пораженный ее миловидностью и тронутый растерянным видом девушки, удержал ее.
— Нет, пожалуйста, не уходите, Эстер, — чуть ли не взмолился он. — Ведь у вас какое-то дело к моему другу Артуро. Не смогу ли я помочь вам?
Эстер застыла в нерешительности. Ее не столько тронула мольба, прозвучавшая в голосе друга Артуро, сколько не хотелось возвращаться домой. Но и поведать незнакомому человеку то, что она собиралась рассказать Артуро, было невозможно.
Тогда Эстер выбрала третий путь.
Она заявила, что хочет посоветоваться с Демокрасио относительно той ситуации, в которой оказалась ее близкая подруга.
Демо выразил столь неподдельный интерес к судьбе мифической подруги, что Эстер, заикаясь от робости, а потом все более и более смелея, рассказала обо всем, не упоминая никаких имен и не вдаваясь в подробности. Ей хотелось узнать, можно ли будет ее подруге доказать факт насилия, если таковой будет иметь место, - один человек постоянно преследует ее своими грязными ухаживаниями, и подруга опасается, что он не ограничится этим.
Демокрасио, приняв рассказанную ему историю за чистую монету, принялся рассуждать на эту тему. Да, доказать факт изнасилования возможно, но для этого жертве насилия придется пройти экспертизу, процедуру, весьма унизительную для юной девушки, а уже после того подать на насильника в суд. Вынести суд тоже дело нелегкое — в суде придется говорить все, что было, и вдаваться в подробности, которые нелегко-то и матери родной рассказать, не то что незнакомым людям.
Эстер, выслушав его, поднялась со стула, намереваясь уйти. Но Демо изо всех сил удерживал ее. Он предложил ей кофе. Он был готов сию же минуту оказать помощь ее подруге. Но, заметив, что девушка едва удерживается от слез, осененный наитием свыше, вдруг спросил ее в упор:
—Послушай, Эстер... А может, все это случилось с тобой, а не с подругой?
—Почему вы так решили? — испуганно спросила Эстер.
—Потому что у тебя на глазах слезы, — участливо объяснил Демокрасио.
—О, я очень сентиментальная! — Эстер улыбнулась сквозь слезы. — Плачу по любому поводу, честное слово.
—Ты так разволновалась, — продолжал настаивать Демо. — Я не могу отпустить тебя в таком состоянии. Позволь я хотя бы провожу тебя домой.
Дома была одна Консуэло. Узнав, что Демокрасио — друг и коллега Артуро, она приняла его как родного. Они разговорились. Ласковое обхождение, такт и природный ум Демокрасио пленили Консуэло. Ей показалось, они уже давно знакомы. Но тут заявился Рамиро.
Увидев перед собой полицейского, он смутился. Но, узнав от Консуэло о том, что Демокрасио — друг Артуро и добрый приятель Эстер, заставил себя проявить радушие и гостеприимство и даже предложил Демо выпить с ним пива. Обрадованная Консуэло поторопилась накрыть на стол, чтобы угостить Демокрасио одним деликатесным блюдом, которое умела готовить Эстер. Ей было приятно, что Рамиро повел себя как гостеприимный хозяин, и она попыталась воспользоваться его хорошим настроением.