— Да, ты прав, — согласился Аурелио. — Есть ненависть, которую скрыть невозможно. Она всплывает из глубины, из тех темных вод, где рождаются такие уроды, как Рикардо Линарес или Артуро Гонсалес. Они не достойны жизни, их следовало бы уничтожить в самом зародыше.
Когда Аурелио немного успокоился, Игор позволил себе еще одно замечание:
— Я думаю, вам не следовало посылать в Колумбию Бейби. Тем более — одного. А вдруг он не справится, подведет?
— Это исключено! — возразил Аурелио. — Бейби исполнит мой приказ в лучшем виде. У него особый дар для выполнения таких операций. Бейби — алмаз, кремень! Он не просто выполнит работу, но сделает ее творчески, артистично!
Аурелио не ошибся в своем воспитаннике: Бейби исполнил его поручение четко и чисто. А поручалось ему — ни много ни мало — убрать всех сотрудников лаборатории, в которой изготовлялись наркотики. И хотя в провале операции по перевозке наркотиков через границу виновен был лишь один из них, — Аурелио приказал расправиться со всеми, как с ненужными свидетелями.
Надежный человек по имени Мельчор, встретивший Бейби в аэропорту Боготы, сообщил, что уже подобрал киллеров.
—У нас есть три-четыре юнца из тех, кто скорее умрет, чем предаст, — пояснил он Бейби. — Именно их я намерен привлечь к этому делу.
— Юнцы? Дети? — вдруг пришел в волнение Бейби. — Нет, я этого не допущу!
— Но они лучше всего подходят в данном случае. Поверьте, ни у одного из них рука не дрогнет...
— Мне не нужны дети, — прервал его Бейби. — Для этой операции необходимы взрослые.
— Как скажете, патрон. Я сейчас же позабочусь о том, чтоб вам прислали взрослых.
Мельчор проводил Бейби в приготовленный для столь важного гостя гостиничный номер и вышел. А Бейби еще долго не мог успокоиться: перед его глазами стояла та жуткая сцена, когда он впервые, будучи совсем мальчишкой, выстрелил из револьвера и сразил наповал двух мужчин.
— Убийца! Убийца! Он убил их! — закричала женщина, ставшая тогда случайной свидетельницей той расправы, и ее истошный крик стоял в ушах Бейби.
— Нет, только не детей, — бормотал он исступленно. — Только не детей!..
Наутро все семнадцать человек, работавших в тайной лаборатории Аурелио Линареса, были расстреляны. А Бейби, расплатившись с исполнителями приговора, беспрепятственно вернулся из Колумбии обратно в Каракас.
Досье, полученное по каналам Интерпола взамен исчезнувшего, попало наконец в руки Линде Миранде, но, едва взглянув на фото, она воскликнула:
— Это не он! У того было совсем другое лицо.
— Но мы получили досье из Канады. Неужели нам могли подменить фотографию? — высказал сомнение Артуро.
— Ты забываешь, что речь идет о наркобизнесе, — напомнила Миранда. — А за ним, как известно, стоят весьма значительные люди.
— Которым ничего не стоит купить даже Интерпол, — продолжил ее мысль Артуро.
—Да, боюсь, что дело обстоит именно так.
Поразмыслив, они решили не заявлять о своем подозрении в Интерпол, а попытались составить фоторобот с помощью Миранды — ведь она единственная видела лицо преступника, хотя и мельком. Из этой затеи, однако, ничего не получилось: портрет выходил весьма приблизительный, Миранда не могла с уверенностью сказать, что все черты лица преступника воспроизведены точно.
Лопеса тем временем продолжала беспокоить пропажа папки.
—Я чувствую, что странное исчезновение досье напрямую связано с Рикардо Линаресом. Человек, которого видела Миранда, явно из тех, кто близко знаком с ним. Сам он об этом типе умалчивает, но нам следует внимательнее присмотреться к его окружению, — высказал свои соображения Артуро.
Надеясь выяснить какие-то подробности о возможных недоброжелателях Рикардо Линареса, Артуро побеседовал с его отцом, а затем и с матерью. Федерико Линарес ничего достойного внимания сообщить не смог, а вот Эльвира дала Артуро слабую, но все же зацепку.
—Есть ли у моего сына враги? — в раздумье повторила она вопрос Артуро. — Нет, не могу бросить камень ни в кого из знакомых. У нашей семьи есть один враг — человек, с которым вы встретились в гостиной...
— Его лицо показалось мне знакомым, хотя я не могу припомнить, где мы встречались прежде, — сказал Артуро.
— Это брат мужа, Аурелио Линарес.
— А почему вы считаете его врагом семьи?
— Простите, это у меня вырвалось в пылу раздражения, — пошла на попятную Эльвира. — Он всегда плел против Федерико разные интриги, а сейчас нес чушь о Рикардо: дескать, мой сын, выступая против наркодельцов, ставит под удар всю семью, весь клан Линаресов, в том числе, видите ли, и его. Мы поговорили с моим деверем на повышенных тонах, и я еще не остыла от того разговора. Аурелио, безусловно, неприятный человек, но он всего лишь дрожит за свою репутацию. Я не могу допустить мысли, что он организовал покушение на моего сына.