Топорик остановился в метре от девушки встретившись с магией. Злорадная улыбка заиграла на некогда прекрасном лице.
Кифт не теряла драгоценные секунды. Огромный опыт в работе авантюриста подсказывает: шансы ещë есть. И их куда больше, чем один.
Палец на левой руке вспыхнул красным. У неë мало маны - существенный недостаток для авантюриста. Но у неë несокрушимая воля к победе.
Лезвие маны разрезало кожу на предплечье, показав миру маленький пузырëк. Он зарос мышцами и перестал гноить. К этому приложил руку тот человек? Помнится он что-то про подарок говорил. И печень ведь не болит, зараза!
Не став откупоривать крышку она забросила пузырëк прямо в рот и разжевала вместе с осколками стекла. Она всë равно не сможет соперничать с правителем в грубой, или магической силе, так зачем печься о собственном здоровье лишний раз? Конечно жаль портить подарок незнакомца, но стоит ли об этом сейчас печься?
Еë тело охватил жар. Клыки, бывшие маленькими, теперь приобрели размер. Когти готовы рвать, а бугры мышц, внезапно выступившие под одеждой натянули ткань.
Она рванула к противнику, практически перестав замечать что-либо кроме неë. Глаза налились кровью, из рта хлынула кровавая пена.
Эльфийка выставила вторую руку, но внезапно тело пронзила боль. Нет. БОЛЬ! Еë пути маны на руке превратились в труху. Вторая конечность ринулась было к хавлингу, превратившему себя в берсерка, но одëрнулась. Слишком ценна еë рука по сравнению с жизнью этой наглой дворники, возомнившей, что сможет победить еë в частном бою.
Девушка ушла вправо пропуская пронзающий удар, затем назад, пропуская второй выпад, третий. В ловкости эльфам нет равных. Однако, как бы она не старалась, Хафлинг была сильна. Еë удары становились всë ближе, а аура всë кровожаднее. Она смогла задеть еë прямым ударом в живот, так, что эльфийка отлетела за пределы действия заготовленного круга.
Быстро встав, она верно расценила обстановку и выцепила цель. Кифт подбирала топор...
Стоило устремившейся к кровохаркающей эльфийке хафлингу выйти за пределы круга, как в неë сразу полетел заряд магии. Светящаяся верëвка окутала тело и принялась бить о дорогу, каменные стены близстоящих домов, статуи внутреннего двора...
- Тварь... - выплюнула эльфийка кровью, захромав в сторону недобитого хафлинга. Удар был всего один, но будь их два, или будь у этой малышки больше мозгов, то она могла бы распрощаться с жизнью.
"На этом свете есть место только для эльфов!" - думала она про себя, представляя, как будут измываться над всë ещë раненным хафлингом все отбросы местных борделей. Ей не будут платить. Лишь делать ещë больнее. Круг остался позади. Скоро она отправит вестника за правителем, еë подлатают и, как и было обещано, еë ждëт безбедная жизнь в столице...
- Кхе-хе-хе. Хе-хе-хе! Ха-ха...!
Шик!
Всë ещë бывший в сжатой ладони топорик просвистел в воздухе, обрубив значительную часть золотых волос. Хафлинг знает своë дело. Да. Она при смерти. Да. Ей уже вред ли кто поможет. Но она всë таки сделает то, что хотела. Даже если приговором будет смерть...
...
Эльфийка не сразу поняла, что произошло. Шею пронзила боль. Она не смогла отреагировать на метательный топорик. От взмаха сосуды на руке у хафлинга с глухим хлопком лопнули, показав фиолетовую от нарастающих гематом кожу.
- Ты... Мразь... Как ты смеешь портить мою красоту?! - в бешенстве и лютой ярости произносит она в лицо несостоявшемуся убийце.
Шаг, затем второй. Она не ослабевает хватку, которой магическими путами едва ли не до хруста рëбер сжимает маленькое тельце.
Пена перестала сочиться у хафлинга изо рта. Она теряла сознание.
Резкий рывок невидимой руки привёл еë в чувство крепко приложив боком к земле. Кости не выдержали, протыкая лëгкие, из-за чего та кашлянула кровью.
- Ты... Да я тебе все кости перемою! Ты у меня кровью мочиться будешь! Я отдам тебя в рабство за несоблюдение приказа правителя и весь твой род заклеймят предателями! Я...
Воздух словно прорезала резкая волна позади неë. Она почувствовала колющую боль чуть выше пупка. Словно еë пронзили большим гвоздëм в кабинете энтомолога, где она станет главным экспонатом. Такое жаркое тепло, что ударило в голову пышущей яростью медленно куда-то утекало.
Она опустила покрытые пеленой ярости и непонимания глаза...
Прямо из живота. До середины локтя. Торчала человеческая рука.
Она быстрым рывком ушла назад в тело, оставив на совëм месте огромную дыру. Жизнь, сперва медленно, после - с шумным плеском потекла наружу, поливая землю алым.