Божко есть воплощение той силы, что питает собой и небо, и землю, и природу. Он воплощение Родовой силы, силы людей. Он не может погибнуть. Никак нельзя этого допустить.
Волх оторвался лапками от сосновой ветки и полетел к дому. Он приметил окошко, что вело к чердаку Прабога и решил через это окошко попасть в его дом, а затем и в комнату, где Боги вели переговоры и решали судьбу небес. Волх успел в самый последний момент незаметно проскочить в комнату и скрыться за ларцом, ровно перед тем, как Прабог закрыл окна и двери, чтобы убедиться, что их никто не подслушивает. Сейчас Волх не думал над тем, что будет с ним, если его заметят. Знал, что волнения только усложнят его задачу: тело начнет дрожать, вспотеет, ноги перестанут слушаться, убегать будет сложнее, перышки намокнут.
Они стояли в кругу, чтобы каждый был виден всем, чтобы показать, что никому из них нечего скрывать. Зибог, что в обители Богов появлялся редко привлек к себе больше внимания Волха. Он жил в горах небес, в царстве, что он воздвиг своими силами и правил живностью, что там обитает, защищал их и оберегал от опасностей. Одет он был скромно: шерстяной кафтан цвета земли, густая темная борода, грозный взгляд. Не одежда восхваляла Зибога, о величии и силе его говорили его поступки, его слова пронизанные мудростью времен. Вот только жены у него не было. Мало кто из женщин мечтают жить в отчуждении в суровых горах, пусть даже с самим повелителем земли.
— Ты об этом что-то знал? — спросил Прабог у Прове, у брата своего родного. Жива как только увидела своего мужа встревоженным тут же вручила ему чарку в вином, дабы хоть немного успокоить его чувства. И сейчас он стоял с чаркой, уже давно опустошенной, которую нервно брал то в одну руку то в другую.
— Если бы знал, не позволил этому случиться, ты подозреваешь меня в чем-то? — А Прове, напротив, выглядел спокойным, словно все случившееся не призвело на него никакого впечатления. Оттого Прабог и решил задать ему такой вопрос.
— Не время для ссор, братья, — сказал Зибог. — Нужно думать, что делать дальше. В моих горах завелось слишком много змей, я не должен был оставлять владения, пришел только потому, что Прове этого просил.
— Змей? Ох, не к добру это все, — заметил Святовит. Все как один поняли о чем он говорил, мыслями вернувшись к прошлому, к великой войне между Родом и Триглавом. В этой тишине Прове решил, что дальнейшее молчание о том, что он узнал,было бы преступным, а потому произнес то, чего все боялись услышать:
— Триглав вернулся. — Брови Зибога свелись к переносице, руки Святовита инстинктивно потянулись к рукояти меча, а пустая чарка застыла в руке Прабога. Все ждали пояснений и Прове продолжил: — Я хотел обсудить это на сонмище, но раз уж выпала такая возможность говорю сейчас: Любомор собирается захватить власть на небесах, Параскева сделала это по его приказу, я не сомневаюсь. Взамен на помощь в своем деле Любомор обещал жениться на Моргене.
— Он призвал Триглава? — уточнил Зибог. — Вот отчего змеи в моих землях стали жвучее, а их яд сильнее. Они пожирают все живое, птицам не хватает сил их истреблять.
— Не только его. Змиулан тоже с ним. Страх, Суд, Див и Двоедушник - все объединились и грозятся стать новыми правителями небес, закончить век правления семерых и стереть имя Рода из памяти народа. Первая и главная их цель - Божко.
— Мой сын?
— Да, твой сын, братец. Я не знаю, как именно, но как только он сюда вернется, они его убьют. Чтобы спасти его, нам тоже следует объединиться, для того я его и призвал тебя сюда Зибог. Я жду вестей от Дабога, за ним отправился Китоврас. Я хотел чтобы собрались все, но если Любомор уже начал действовать и случилась первая смерть, то времени у нас нет.
Для трусливого Волха, что привык все вокруг подозревать и искать опасность, Прове отчего-то казался не искренним. Его внимательные воробьиные глаза не могли оторвать о него свой внимательный взгляд. Словно увидев перед собой опасного хищника, который вот вот на него наброситься, Волх боялся пошевелиться и обращал внимание на каждое движение старшего Бога. Во что он одет? Что за странный на нем черный кафтан? Замысловатые узоры на ткани его одеяния Волх видел впервые. Узоры были не вышиты, а будто нарисованы. Крючковатые виноградные лозы, сероватые цветы, большая летящая птица... Кто это? Орел? Где он такое только взял и что это может значить? Волх не знал ни одного мастера, кто был бы способен сшить такой кафтан.