— Все изменится, когда ты выйдешь за него замуж.
— Что? — Моргена была уверена, что ей это послышалось. Не могла матушка такую глупость сказать.
— Только так ты сможешь стать во главе семерых. Нас иначе не признают.
Мысли, переживания и злоба вдруг стихли в голове чародейки. Слова матери о замужестве вновь и вновь повторялись эхом, ударясь об неожиданно ослабевший от суровой действительности рассудок. Она грезила мечтами о том, что день, когда семеро преклонятся перед ней близится, что как только она заполучит желаемое, то тут же заставит Любомора ответить за все те унижения, которые он причинял ей и её матери. Моргена искренне верила в то, что мать решила объединиться с ним, чтобы сблизиться и однажды навсегда от него избавиться... Но... Муж? К чему это все? Это же бессмысленно!
— Мне не нужно выходить замуж. Я возглавлю небеса...
Но не успела она договорить свой план, как Параскева неожиданно громко её прервала, чтобы сбить всякое желание с ней спорить.
— Брось эти глупости из головы! Тебе нужен покровитель, чтобы ты могла выжить. Иначе они растерзают тебя. Я не хочу, чтобы ты пережила то же, что и я.
— Матушка, он ужасен, он желает нам смерти, как мне называть его мужем? Как мне жить с человеком, кто все время угрожает тебе и мне?!
— Со временем он полюбит тебя и ты его тоже.
— Что за глупости, мама?! Ты же говорила, что делаешь, все, чтобы я встала во главе народа. Как тебе такое в голову могло прийти?! Ради чего вы заставили меня убивать?! Хотели, чтобы я из огня в пламя прыгнула?! Что изменится если я выйду за него?! Нас не перестанут унижать. Унижений станет только больше.
— Моргена, послушай...
— Нет, мама. — Моргена попятилась назад, будто так ужасные слова матери не долетят до неё. Она замахала головой, пытаясь выкинуть из головы то, что только что услышала, но ничего не помогало. — Я лучше умру, чем соглашусь на это.
— Тогда убей и меня! — Параскева отступать не желала. — Сейчас же, пока я слаба. Я не хочу видеть как ты страдаешь в одиночестве. Как угасаешь без мужа, без любви.
— Мне не нужен муж! — крикнула Моргена так, что её визг разнесся по всему подземелью. Параскева стихла.
Любомор её муж. Холодная изба, откуда извечно пахнет сыростью и мясом забитой дичи, станет её домом. Постель застеленная старой медвежьей шкурой, станет местом, где она будет умирать и вновь воскресать. Темные ночи превратятся в кошмар, если она станет его женой. Её раненое плечо загудело от боли, как только Моргена представила как он к ней прикасается. Кровь от его рук ещё не успела засохнуть. Неужели матушка хотела отдать её этому зверю? За что? Что она ей сделала?
— Ты будешь жалеть, когда будешь в моем возрасте. Не делай глупостей, послушай свою мать, помоги Любомору и во всем его слушайся.
Больше говорить с ней не имело никакого смысла. Одинокая слеза покатилась по её щеке, когда она взглянула в глаза своей матери. Моргена ничего не ответила, развернулась и направилась к выходу. Она верила ей, считала единственным человеком, которому можно доверять, восхищалась ею. Но горько ошиблась. Слова матери ударили по ней будто ножом прямо в сердце.
У выхода в подземелье все ещё лежали раненые воины. Она бросила на них свой пренебрежительный взгляд и в первый раз в жизни позволила себе пожалеть о своем поступке. Можно было убедить их словами впустить её ненадолго к матери, вместо того, чтобы срывать на них всю злость. Они бы не отказали ей, воины уважали её силу, к тому же она только недавно вернулась из границы. Но Моргена не нашла в себе силы попросить прощения. Она перешагнула корчащихся от боли мужчин и отправилась прочь от тюрьмы вновь искать помощи у того, кто никогда ей не отказывал, кто протягивал ей руку помощи каждый раз, когда она тонула в болоте отчаяния.
И убила, выходит, напрасно. Прав был Божко, она лишь кукла в руках Верховных Богов, они воспользовались ею, а она сделала все, чтобы им угодить. И получила в итоге то, что заслужила. Мертвых к жизни не вернуть, но она сделает все, чтобы исправить свою ошибку. Она не заслуживает прощения, не заслуживает жизни после всего, что сделала.
Лишь кровью можно смыть кровь. И она смоет. Своей. И сделает все, чтобы защитить Божко от этих злодеев.