Интересно, ему нестрашно путешествовать без шлема. Все-таки Его Величество не бессмертный, а получить ядовитую стрелу промеж глаз очень просто. Я сомневаюсь, что в этой густой темноте даже опытный воин увидит врага.
До меня не сразу дошло, что Император смотрит прямо мне в глаза. Я отпрянула от окна и задернула штору, чувствуя, как к щекам приливает кровь.
Сердце бешено колотилось где-то в горле. Почему я каждый раз, когда смотрю на Императора, вспоминаю тот поцелуй? И те жёсткие слова после нежного прикосновения тонких, но очень ласковых губ?
***
- Через несколько дней я возвращаюсь в столицу, - его голос задевал каждый уголок души, будоражил, заставлял дрожать. - Ты уедешь со мной, по пути я решу, что сделать с тобой.
- Я не могу, - слова сами сорвались с губ.
В следующее мгновение меня прижали к стене, выбивая воздух из лёгких, сдавливая горло рукой. Император навис надо мной. Давил своей чёрной аурой, вжимал в твёрдую стену не менее твёрдым телом, щекотали горячим дыханием шею. Мне кажется, что я слышу как мощно бьётся его сердце. Или это происходит у меня в голове от недостатка воздуха?
- Ты не поняла меня, Илэя? - его низкий голос дрожал от ярости. - Я приказал тебе забыть выскочку Кхалио или мне придётся размазать его по стенам этого замка на твоих глазах!
Я не понимаю только одного - причём здесь Шагор Кхалио?
Пытаюсь вымолвить хоть слово, но получаются только жалкие хрипы. Даже слабые потуги разжать стальные пальцы на шее ни к чему не привели. Император лишь сильнее сжимал руку, грозя вырвать трахею. Бессильно молочу кулачками по руке. Легкие горят огнём.
Фигуру Императора обволокло клубами непроницаемо чёрного дыма. Чернота заполняла глаза. Черты лица заострились, из-под верхней губы торчали два клыка. Я испуганно закрыла глаза, ожидая смерти.
Секунды длились неестественно долго, растягивая время, словно вязкую патоку.
Глухое рычание прозвучало оглушительно громко. Рука на моей шее разомкнулась. Жадно делаю каждый глоток воздуха, потирая ноющую кожу.
Император расхаживал по комнате, словно дикий зверь в маленькой клетке.
- Какая вообще разница, что ты хочешь, что ты можешь или не можешь! - от тона его голоса у меня все внутри сжалось в маленький испуганный комочек, сердце бешено колотилось, от ненавидящего взгляда хотелось укрыться за толстыми высокими стенами.
Император оказывается почти вплотную и, не давая возможности отстраниться, хватает за плечи, впиваясь ногтями в кожу.
- Я твой император, Илэя! Твой повелитель, хозяин твоей жизни! Я могу сделать с тобой все, что захочу. Но я не могу убить тебя. Не поднимается рука. Даже мысль об этом разрывает душу на маленькие кусочки. Мне больно. Больно от того, что я вижу страх в твоих глазах.
Он хотел произнести ещё что-то, но, видимо, передумал. Его Величество поспешил покинуть свои покои.
- На сборы, прощание с родственниками, друзьями я даю тебе ровно день, - Император остановился у дверей. - Не пытайся сбежать или спрятаться - я найду тебя в любом уголке этого мира. Хоть одна попытка и я обещаю ты дорого пожалеешь.
Его голос стих за захлопнувшейся двустворчатой двери. Щелчок замка, скрип закрывшихся окон - меня запирают одну в этих страшных, пропитанных давящей зловещей аурой комнатах.
Утром меня разбудили две служанки. Они принесли завтрак и помогли привести себя в порядок. Я могла бы и сама искупаться в ванной или надеть платье, но пальцы дрожали, перед глазами стояла пелена слез.
Сказать, что наш Император пугающий или жуткий - не сказать ничего. Я несколько раз просыпалась ночью от каждого скрипа, каждого пугающего шума. В какой-то момент я просто села на диван, обняв колени руками, и смотрела на дверь, за которой скрылся мужчина. Не хочу, чтобы он приходил. Но что-то глубоко внутри хотело видеть его. Это чувство рвалось наружу, сметая все барьеры благоразумия.
После служанок меня посетил небольшой отряд стражников. Император приказал им сопровождать меня по городу. Под конвоем шести вооружённых до зубов высоких мужчин в чёрных доспехах я прощалась с этим городом, последний раз посетила кладбище, пообещав родителям скорую встречу, и дорогим мне живым человеком. Госпожа Оливия все ещё находилась в госпитале. Сначала она была шокирована моим приходом (в это время я должна была быть в академии), но когда узнала о моей дальнейшей судьбе подскочила с кровати и обняла меня крепко-крепко. Она кричала на солдат, санитаров, что никому меня не отдаст, даже Императору Мрака. Её успокоили сонным заклинанием, а меня поскорее увели в замок, где я провела последние часы свободной жизни.