Травкин был невозмутим. Он несколько раз скидывал звонки телефона, предварительно убедившись, кто звонит. Иногда быстро строчил сообщения, практически не глядя на экран.
— С работы? — поинтересовалась Юля, которая в этот раз сидела рядом, лишь иногда кидая взгляды назад на детей.
— Да, — коротко ответил Сергей.
Они с трудом нашли место для парковки. Большая площадь сплошь усеяна отдыхающими и расслабленными людьми. Кто-то уже грохал хлопушками и кричат «ура!» пьяным голосом. Красивая большая ель в сердцевине зимней композиции сверкала огнями. Коська открыв рот, пустил слюну от радости и восхищения, заерзал, чтобы его скорее отвели к елочке.
Травкин высадил неугомонных пассажиров. Пошел к багажнику, чтобы достать «ватрушку», которую надули еще дома и наскоро закинули в машину.
— Сереж? Ты чего? — подошла Юля, чтобы посмотреть, почему надолго завил у багажника мужчина.
— Не смотри, — процедил Травкин.
Он хотел резко захлопнуть дверцу… Но было поздно. Юлька взвизгнула от ужаса, закрывая двумя руками широко распахнутый рот. Полковник обхватил ее за шею и прижал к себе, давая поскулить в свою куртку.
— Блядь, почему я лоханулся и не проверил сразу? Ты же говорила про багажник. Придурок! — сплюнул в сторону. — Юль? Слышишь меня? — чуть отстранил ее, заглядывая в наполненные страхом и слезами глаза.
— Я… Я слышу, — кивнула она заторможено.
— Иди, гуляй с детьми. Вызову своих, пусть отпечатки снимут и заберут «подарочек», — скривил губы. — Часа полтора, Юль, гуляйте. Если замерзните, там есть кафе, — выставил палец в направлении небольшого светящегося павильона.
— Артем! — подозвал племянника и строго посмотрел парню в лицо, как мужик мужику, по-взрослому. — Ты, за главного. Смотри за женщинами и мальчонкой. Даша, смотрит за Костиком. Юля смотрит за Дашей и Костиком. Такая у нас сегодня игра, братцы… Задачу понимаем? — всучил надувное средство катания подросткам и те синхронно ответили — Да!
Они разделились. Даша встречала заползающего на горку брата наверху, который самоотверженно тянул за собой «ватрушку», а Тема ловил внизу, верещащего от радости двухлетку.
Костик устал, и Юля, пристроилась на лавочке, посадив сына на колени. Они смотрели как Дарья и Артем катаются вповалку на одном круге с самой большой горы.
— Туда! — показал Коська рукой на светящийся ледяной лабиринт.
— Костя, надо вместе. Подождем твою сестру и Тему, — уговаривала его мать.
— Хочу-у-у! — капризничал мальчик. — Чичас хочу! — давай дрыгать ногами, что ей с трудом удавалось его удерживать.
— Ладно, только с края зайдем и посмотрим, — она замахала ребятам рукой и показала, в сторону ледового творения. Даша и Артем, вроде как поняли и дальше стали кататься, поддавшись драйву скорости и общего веселья.
По динамику на всю площадь певица пела про цветы под дверью и что, она больше не верит… Шел легкий снежок. Погода была благосклонна к гулящим и градусы держались в районе минус пяти.
Коська, как козленок поскакал ко входу в арку. Юля буквально на секунду отвлеклась, чтобы найти глазами Дарью… Посмотрела вниз. Сына нет.
— Костя-а-а? — позвала она, думая, куда же он мог завернуть. Перед ней находилось три развилки. Бортики лабиринта были разной высоты, но полностью скрывали мелкого проказника. — Кость, ты где? — крикнула уже громче, испытывая раздражение.
На нее вылетел парнишка постарше и чуть не упал, столкнувшись. Юля успела поймать чужого ребенка. Присела перед ним на корточки.
— Ты не видел маленького мальчика в синем комбинезоне? — спросила у него встревоженная женщина.
— А? Нет, — он замотал головой, вырвался и убежал дальше.
Глава 37
Есть вещи страшные, непоправимые, от которых может помутиться сознание. У Юльки чуть ноги не отнялись, когда она поняла, бегая по лабиринту, в который раз по одному и тому же месту, что сына нет. Коська вошел сюда и пропал бесследно.
— Костя-а-а! — верещала она уже не своим голосом, без стеснения, без оглядки, что подумают другие.
— Мам, мам! Я у елки посмотрю, а Тема за горками все проверит, — Дарья ее трясла, пытаясь привести в чувство. От дикого, полусумасшедшего взгляда матери стало не по себе.
— Дядю Сережу найди, — смогла онемевшими губами сказать Юля.
Остатками разума, она понимала, что только Травкин сможет помочь. Он привык принимать решения без эмоций, а у нее уже «фляга» хлестала через край. Перед глазами через рябь чудился Костик. Она побежит туда и встанет столбом, не понимая где, что и почему. Зовет сына хриплым, чужим голосом.