- А Во-Сен Ветру способен использовать пламя феникса как, ну как...
- Как боевую магию? - Дримен улыбнулся, ожидая этого вопроса. - Да, способен, однако он всеми силами старается избегать этого. - Он окинул взглядом зал и прочел в лицах вопрос "почему?". - Магия огня феникса... Оговорюсь, что практически всё, что я сейчас говорю, не более чем теории и догадки. Только...Феникс - одно из живых воплощений стихии огня. Чистый природный элементаль. Сила этого духа в корне отличается от силы, например, духа магистра Амеверо. Если я всё правильно помню, то Стижиан способен черпать чистое пламя напрямую из сосуда. Он не оформляет и не направляет его, как это делаем мы, маги, этот огонь является частью его, и он в нём уже есть. На то, чтобы научиться ограничивать и направлять подобную силу, даже у прирожденного талантливого мага ушли бы десятилетия. А Во-Сен Ветру, не будем забывать, - монах. И феникс проснулся в нем лишь тогда, в Ринеле.
- А разве не при рождении? Нет?! - Эрл аж подпрыгнул. - Почему?
- А разве это не очевидно? - Сказал ему кто-то другой.
- Он ведь по-прежнему истребляет нежить, да? - Это был девчачий голос.
Дримен кивнул.
- Но ведь стихийная магия неспособна рассеивать негатив, как Ветру удается?..
- Я уже говорил, что он всеми силами старается избегать энергии феникса. Стижиан - первый и единственный, на данный момент, человек, в котором находятся одновременно два духа. Он научился отличать энергию феникса от энергии сияния, и использует всегда лишь одну.
Магистр приоткрыл было рот, желая добавить что-то ещё, но вдруг начал копаться в своих же ещё не высказанных словах.
- Кому-нибудь из вас уже читали короткий курс лекций об избирательности духов?
Из зала послышалось редкое "да".
- Это очень мутный курс, с кучей непонятных формулировок и выражений. Чтобы закрыть вопрос о силе Стижи..
- Он назвал его Стижи? - Зашептал кто-то.
- Позвольте вам напомнить о том, почему далеко не все из рождающихся людей становятся магами, или же монахами. Сосуд, я буду выражаться крайне упрощенно и понятно, представляет собой банку. Представили, да? Хорошо. Всегда было принято считать, что с момента рождения до момента кончины размер и объем этой банки никак не изменяется, однако мы, я говорю о ныне действующем совете магистров, придерживаемся другого мнения. Мы предпочитаем рассматривать эту банку, этот сосуд души, как таланты, коими не один из людей не обделен. Почему так? Потому что талант надо развивать. Если человека природа наградила красиво играть на скрипке, он едва ли станет хорошим дровосеком, и он никогда не станет маэстро, если не будет заниматься. Один... - Дримен осекся. - Небезызвестный нам медиум, незадолго до своей кончины, толи от безделья, толи из-за любопытства исследовал сосуды простых людей. И знаете к чему он пришел? Что носителей духов рождается куда больше, чем мы думаем. Ярким примером этого наблюдения была инквизиция. Все, и я подчеркиваю это, все инквизиторы являются носителями духа сияния, но скольких инквизиторов, а их ведь десятки тысяч, можно сравнить с полноценным монахом? Единицы. Когда он рассказал об этом, мне в голову пришла идея, что сосуд меняется в зависимости от, так сказать, духовного и интеллектуального развития. Сосуд есть душа, душа повязана с разумом, разум с телом. Если развивать последние два звена этой короткой цепи, то сосуд души станет меняться, увеличиваться.
- Прям мотивация к обучению! - Крикнул кто-то.
- Именно! - Дримен хлопнул в ладоши. - Сосуд, господа будущие маги, есть ничто иное, нежели вместилище духа. При рождении, дух избирательно привязывается к тому или иному сосуду. Задумывались, почему практически у всех магов сила просыпается лет в восемь-десять? Это всё развитие. Каждому духу нужен определенный размер сосуда. Есть некая точка минимума, необходимая духу для внедрения. С этим минимумом мы рождаемся и обретаем силу. Со временем, наш сосуд растет, становится способен вырабатывать все больше и больше энергии, и тогда-то в нас и просыпается сила наших духов.
- А сколько вам было лет, когда в вас проснулся дух? - Это была одна из милых девчонок на переднем ряду.