- Вы сказали, пяти элементов? - У неё в глазах загорелось чисто ученическое любопытство. - Но ведь их всего четыре!
- Вообще-то семь. И помимо стихийных, ещё как минимум два вам известны.
- Но ведь негатив и сияние не относятся к элементам. - Её нежный и возвышенный голосочек был готов к спору.
- Это ещё почему? Они не относятся к стихиям, а к элементам - вполне.
- Негатив - нет! Он не подчиняется никому!
- Он подчиняется мне. - Дримен пошире распахнул глаза, чтобы она увидела все семь переливающихся в них цветов. - А значит, он - элемент. Но для процесса экзорции применяется вовсе не негатив, а тень. Но это совсем другая песня...
- Расскажите! - Дамочка что было сил вцепилась в ручки сумочки, что лежала у неё на коленях. Казалось, что она вовсе забыла зачем пришла сюда.
Дримен, как человек, разработавший и теоретическую, и практическую части ритуала экзорции, был готов рассказывать о нём бесконечно.
- На стадии разработки процесса, мы делали все вручную. По-хорошему, я сам, как стихийник, могу проводить его, но держать столько разноименных ветвей одновременно я не могу. Мы собирали круг из пяти: четверо магов и один древний инквизитор - Лаварон Тасаро, быть может, вы о нем читали в книжках по истории. Он нынче практикует магию тени.
Дамочка ойкнула и едва не подпрыгнула.
- Они-то и занимаются извлечением звеньев из сосудов. Как только достигается критическая точка, в дело вступаю я. Я вижу, что вы хотите спросить, но поверье, пропустить момент достижения критической точки попросту невозможно: мы чувствуем её и нередко видим собственными глазами. - Магистр громко зевнул, с трудом прикрыв рукой рот. - Как только связь между сосудом и духом разрывается, дух меняется и высвобождается в виде энергии, способной существовать в форме, отличной от той, что была в сосуде носителя. Я ловлю их, а позже, на имеющемся у нас полигоне, мы их выпускаем. Ну, духов. Для бывших носителей никакой опасности в этом ритуале нет.
- Как интересно! А что это за магия тени? - В глазах её действительно горел огонь студента.
- Чтобы я вам рассказал это, вам придется вернуться в стены академии и получить степень магистра.
Вайлент снова открыла рот, но Дримен, уже понявший, что её якобы неподдельное любопытство - всего лишь вуаль, чтобы выйти на нужную тему для разговора, махнул рукой, в то время как другая доставала из нижнего ящика помяты сигареты:
- Вы не против? - Спросил он уже прикуривая. Лекса бы запекла его в своей печи для тугоплавких металлов, узнай она, что он начал курить. - Для чего вы ко мне пришли? Я уже дал свое согласие на прием вашего сына. Что ещё вам нужно?
- Мэтр...
- Я магистр. - Дримен уже догадался, чего она хочет на самом деле, и начал выходить из себя.
- Одиннадцать лет назад, когда я училась в академии магии, факт того, что в душе каждого из нас живет дух, был сокрыт. А сейчас... это больше не является тайной. И более того, был изобретен способ делать нас нормальными людьми.
- А чем маги - не нормальные люди? Монахи вон не жалуются.
- У монахов совсем другой тип силы. Сияние не способно вредить человеку, а напротив, помогает ему. Монахов почитают, уважают, в ноги им кланяются... А нас что?! Нас называют убийцами. Боятся, стороной обходят. Я не хочу, чтобы эта же участь постигла моего сына. - Она чуть ли не заплакала. - Я прошу вас, магистр Перферо!..
- Я не собираюсь подвергать вашего сына экзорции. - Он подул на кончик сигареты, и пепел растаял в воздухе. - Путь хорошего мага - трудный путь. - Клуб дыма вырвался у него изо рта. - Очень трудный. Пусть вы его мать, не вам решать, будет он проходить его или нет.
Дримен снова потянулся к полке и достал оттуда небольшой бланк с двумя десятками граф.
- Заполните это, и ваш сын сможет приступить к обучению хоть завтра.