Асейна, как мать, была необычайно заботлива. Даже несмотря на возраст Эвилисмы давно переступивший шестой десяток, она любила ей читать книги перед сном. Единственное, с возрастом их содержание несколько стало более подробным и часто похожим на набор слов от психически больного человека, чем на сказки.
Как некромант она же была весьма... специфична. Не любила марать руки, но каждый раз интеллигентно натянув черные кожаные перчатки на руки, поправив прядь волос, она безжалостно отправляла в гости к праотцам и остальным предкам любого ей неугодного. Вампир, маг, ведьмак, эльф,всех ждала быстрая безболезненная, но страшная смерть с последующим порабощением силы и сил души. И в большинстве своем она пыталась сделать эти крупицы душ материальными, а после эти физические оболочки с толикой мысли своих бывших хозяев просто протирали пыль и убирали паутину, наводя красоту в их доме. Исчезали же они резко, как только силы остатка души исчезали.
-А можно поаккуратнее-е-е?! - чувствуя себя мешком картошки на плече сппросила Эвилисма.
-Заю-юш, когда сама идти захочешь, тогда и будь аккуратнее, - в тон ей ответила мать.
-Издевательство… А!
Резкий и тонкий удар по мягкому месту заставил её пересилить гордость пораженного в нечестном бою и попроситься слезть, чтобы выдрать перьями этим маленьким пернатым низшим феям из их ушей и хвоста. Хоть они и походили внешне на гибрида недоростка-карлика-морской свинки и попугая, были мстительными и хоть что-то да соображали.
-Засранки! Чтоб вас вороны сожрали! - не желая тратить на них больше времени чем несколько секунд, она отвернулась от улетающих смеющихся двух феечек и недовольно посмотрела на хитрое лицо матери.
-Эви, кто ж тебя так учи-ил? - пока она протягивала эти слова, шевелила пальцами, заставляя ветки деревьев сплестись в некое подобие клетки вокруг них.
После щелчка пальцев Асейны феечки простонал и упали на ветки.
-Они мертвы? - посмотрев на бездыханных пташек-хомячков Эви наклонила голову, но не отвернулась он них.
-Ещё чего, они ж не меня по попе били, это ты решай, жить им или нет…
Пошевелив губами, словно пережевывая идею о том, чтобы повыдергивать из них все их перышки до единого, девушка ещё раз посмотрела на эти спящие тушки и после гордо отвернулась.
-Ещё чего, марать об них руки еще, - максимально пафосно и без зазрения совести гордо сказала она.
Слегка усмехнувшись из-за этого, Асейна одобрительно погладила дочь по голове.
***
Лес, до которого люди и спустя сотни тысяч лет не доберутся, был весьма редок. Не было непролазных буреломов, крутых оврагов или остальных лесных причуд, из-за которых можно сначала сломать ногу, а потом свернуть шею через полторы секунды. Деревья здесь были грациозно тонкими и не любили соприкостаься друг с другом, находясь на приличном расстоянии друг от друга. В некоторых местах они может и стояли вплотную, но это было уже за пару тройку километров от места, где жили две некромантки и темный эльф. И то, это был уже другой вид деревьев, которые всё так же были грациозны и тонки, но уже с более темной корой.
Пробираясь сквозь этот самый микро-бурелом в паре-тройке километров от дома, темный эльф случайно придавил хвост одной пернатой рогатой фее-чертёнку, после чего услышал несколько сотен непереводимых слов из-за цензуры. Зыркнув на неё своими темно-зелеными глазами из-под капюшона, он щелкнул её двумя пальцами по лбу и она улетела, врезавшись в соседнее дерево.
Фактически беззвучно он спрыгнул со сломанного дерева на землю, перед этим скинув на землю сумку с чем-то тоже беззвучно упавшим.
Мусэйли, как его называла жена, или же Мусэй’ай Обир Сарэ, как его назвала больше двух веков назад мать, был темным эльфом с белоснежной кожей и черными волосами как и полагается всем темным эльфам. Из-за своей любви к книгам и заклинаниям, а ещё своего полуэльфийской полуведьмачей сущности, доставшейся от покойных родителей, его после совершеннолетия выставили за барьер родной деревни. Уж такими были обычаи - если течет эльфийская кровь в венах одного из жителей деревни, то нужно до совершеннолетия отпрыску позволять жить бок о бок с другими.
После такого переломного момента он был вынужден уйти далеко и как-то выжить, не напоровшись на кого-то из знавших его, ибо после этого он стал фактически чудовищем, не заслуживающим жить и существовать учитывая ещё тот факт, что его мать умерла при родах. Нет, сейчас такие глупые обычаи стали мало-помалу выходить из моды, но на тот момент его считали убийцей собственной матери-эльфийки.