— Уж вы-то точно сможете избавить Вевит и Ландо от проклятия. Последний священник Создателя сбежал отсюда пару лет назад, А Белое Пламя и вовсе тут не появлялось.
— Мы ищем Бетани Лир. — Дэйн положил руки на пояс. — От несчастья это место избавит кто-то другой.
— Кто ж еще сюда заглянет? Чудо, что вы тут появились.
— А барон? — Виллен уселся на скамью. — Сударь Дамиан раньше оставлял здесь людей. Почему он с дружиной не пройдется по болотам и форту?
— Вевит — не единственная его напасть. Да и у барона не хватает мечей для такого. Сейчас все его внимание направлено на северо-запад к Плату Безголовых, где бандиты совершают набеги на торговцев и путников. Сударь Дамиан сказал нам во время собрания, что эти безумцы поклоняются огромному пауку с человеческим лицом! Это ж надо! Мир совсем с ума сошел! А что если паук и в самом деле существует?!
Хос-Каль — еще один из списка запрещенных пророками богов. Пожалуй, самое страшное и мерзкое божество, изображения которого можно встретить и сейчас на стенах некоторых пещер Анерона, спрятанных в горных долинах. Даже Кабаноголовый не вызывал столько отвращения у Дэйна.
— Паук Апокалипсиса или Ужас Гарнайских гор. Слышали мы о таком. Байка, которую не нужно было никогда сочинять, — усмехнулся Леандрий. — Любили раньше фантазировать. Это относится почти ко всем созданиям Эры Чудес. — Маг подошел к окну и двумя пальцами взял свисающего со ставни паучка. — Да, давным-давно один древний народ поклонялся похожему божеству, но гэльланы их истребили, а идолы с паукообразным существом сжег огонь Гехила. — Леандрий раздавил насекомое, не поморщившись. — Когда был помоложе, преподавал немного историю, так что мне можно верить, ребята.
Энит, с отвращением посмотрев на пальцы мага, сказала:
— Я верю в древние писания. В книгах гэльланов сказано, что на заре времен, еще до нашествия марбеллов, великий царь, объединивший все народы Арлена и благословленный всеми богами, пронзил Хос-Каля волшебным копьем и сбросил паука в Расщелину Мрака.
— Это сделал Избранный Десяти Пророков — его первый подвиг. Рождение героя.
— Адриан, — недовольно произнесла девушка, словно обращалась к младшему брату, — в Арлене тогда Создателю не молились, и Нир-Кайлина там не могло быть.
— Но в писаниях Меллана говорится…
— Остановитесь, пожалуйста, люди добрые, — вмешался Амор. — Нас ожидает другой мир, давайте не будем нагружать голову сказками, и от них надо отдыхать.
Дэйн обратился к солтысу:
— В пути мы остановились в верадской деревне и там пережили нападение разбойников, пришедших из лесов. Они поклонялись Лебесу. Неужели духовенство во всем графстве так плохо справляется со своей задачей, если какие-то отщепенцы, прячущиеся в лесах вдруг вспоминают запретных божков?
— В Анероне все иначе, сударь. Айхарды не из набожных, да и Создатель и Миратайн давно оставили эти места, иначе помогли бы нам справиться с бедой. Вот и приходится люду, к сожалению, просить помощи у гэльланских богов, ведьм и юродивых.
— Я бы не называла его так. Он узнает… — вдруг заговорила жена солтыса.
— Помолчи, женщина.
— Вы кого назвали юродивым? — поинтересовался Дэйн.
— Заговоренного. Чудака, поклоняющегося бабочке.
— Мотыльку, — поправила жена.
— Один хрен.
— И как же вам помогает Заговоренный? — спросил Дэйн.
— Не дает кадаврам приблизиться к нам. Иногда ночью они подходят со стороны форта близко. Хотя Белоликий делает куда больше для нас, но и плату берет соответствующую.
Они называют гэльланского бога времени и смерти Белоликим. Идолы ему тут тоже понаставили. Интересно. «За ней пришёл Анор. Была сильная гроза», — вспомнил Дэйн слова Риэннон.
— Какую плату?
— Забирает жителей.
Анор появляется среди смертных и шастает вдоль изб, прогоняя нечисть? Бог времени и смерти? Что за нелепица? Дэйн, думая, прошелся по комнате. «Некий человек с белым лицом здесь присутствует, допустим, но это может быть призрак или выкрашенный лицедей, который хорошо наживается на страхе крестьян перед страшилками форта Ландо. Риэннон не видела его, но лесные духи поведали ей об Аноре. Что у нас сейчас получается? Гэльланский бог забрал Бетани Лир в иной мир, и других он тоже похищает. Зачем ему это делать?». Арделл в Лирвалле говорил про привидение. «Ночь стала для меня днем, а день — ночью», — вспомнил он слова старика. Дэйну недавно приснилось, что он побывал дома у этого арделла. Тот так испугался, что наложил на себя руки.