— Сударь, вы какой-то запыхавшийся. Неужто его величество так тревожит вас? — Рыцарь залился хохотом, и смех его смешался с тяжелым кашлем. Седые, грязные пряди закрывали длинный нос с горбинкой и тонкий рот, где недоставало выбитых Ойгеном зубов. — Заканчивай это уже, а то я сам тут помру от тоски.
В темнице холодно, ближайший огонь — около каморки сторожа.
— Отпущу тебя скоро, только нужно кое-что сделать, идем. — Лейдал жестом подозвал к себе старика.
— Что сделать? — Карвер размял руки, убрал волосы с лица. — Зачем эта сценка? И что это за женщина?
— Ты позабыл многое, когда пропала Бетани Лир. Гипноз даст возможность вспомнить.
— Я помогу вам в этом, сир, — ласково сказала жрица и взяла рыцаря за руку.
Карвер прищурился и с подозрением посмотрел на Дайону.
— Доча, вот тебе делать нечего…
— Приберегите слова на потом, сир.
Они вышли из темниц и пересекли правую часть двора, заросшую дикими цветами, и под тревожным взором слуг пошли по коридору первого этажа замка. Зайдя в первую попавшуюся комнату, где находились перины. Рыцарь тяжело держался на ногах, ковылял и постоянно кашлял, а потому его не нужно было уговаривать лечь. Дайона села рядом с Карвером и достала знакомый талисман из жадеита. Покачивающаяся зеленая фигурка сразу же приковала внимание старика, а жрица произнесла: «Смотрите на человека, и когда я скажу закрывать глаза — вы их закроете, хорошо?» Рыцарь просипел что-то невнятное, продолжая глазеть на покачивающуюся над ним вещичку.
Карвер Мондри — человек, прослуживший под знаменем Лиров три дюжины лет. Он был при Вилдэре, еще когда Лейдал только впервые приехал в Лирвалл. Его приставили к дочке герцога, и многие года он ее охранял, в том числе и ночью. И случилось то, чего никогда не должно было произойти. Необъяснимое исчезновение во владениях, доверенных Лейдалу. «В моих владениях. Я все-таки очень много сделал для города и древнего марбелльского рода». Это его поражение. Конечно, кто-то должен был ответить. Рыцарь не выполнил свою работу и поплатился здоровьем, и он должен потом ответить жизнью. Когда бы все успокоилось, старика можно было бы вздернуть на дереве. «Я еще легко обошелся со всеми. Для Гвенет тот миг, когда она поняла, что после пропажи девочки с ней ничего не сделают, наверное, оказался самым счастливым в жизни. Хотя из слуг она проводила с племянницей короля больше всего времени».
— Ты возвращаешься в ночь, когда пропала Бетани Лир, — Дайона посерьезнела и все внимание оставила на старике, — что ты видишь вокруг себя? Что слышишь?
— Грозы решили наведаться с дождем. Погода не безмолвная, хотя другим говорил иное. Я всегда любил такие ночи — они давно стали для меня дневным озарением.
— Кого ты видишь?
— В коридоре пусто, все слуги давно спят. Но Мервин и Рябой Лестер, которые несколько раз за ночь обычно проходят по моему коридору, не появились. Рябой и за этажом пониже следит. Когда я спустился вниз проверить — он спал около двери. Лестер никогда не засыпал ранее на посту. Я возвращаюсь к своей двери.
— Войди внутрь.
— Бетани не спит, а с тревогой смотрит на меня. Спрашиваю ее, что случилось, а она ничего не ответила. Вернувшись в коридор, я увидел, как огни на настенных факелах стали белыми. После пары вспышек я замечаю кого-то рядом с лестницей.
Карвер неожиданно открыл глаза и попытался оттолкнуть жрицу.
— Нет! — заорала авелинка, схватив старика за запястья. — Рассказывай, что было дальше! Проснешься только по моему щелчку!
— Я… я иду к этому человеку, а он начинает двигаться в мою сторону. — Рыцарь рассказывал все это, не закрывая глаз. Он все еще под гипнозом, хотя Дайона удерживает его.
— И что дальше?!
— Он спрашивает меня, почему я не сплю ночью. Под луной все закрывают глаза. Я вытаскиваю меч и преграждаю ему путь. Это… — Рыцарь сопротивлялся с такой силой, что и два мужика вряд ли бы удержали его, но для авелинки это словно игра с котенком.
— Кто стоит перед тобой?! — Лейдал еще не видел такую Дайону: раздражительную и злобную.
— Это… это тот угрюмый парень, что потом расспрашивал меня о Бетани… Капеллан из ордена. Он еще зачем-то говорил про моих близких, спрашивая, не передать ли им что-нибудь. Мне это сразу не понравилось.
«Дэйн…»
Жрица ахнула и чуть ослабила хватку.
— Но он другой… Намного моложе. Улыбался, аки див. И его лицо жутко белое, точно наст. Я понимаю, что это создание, пришедшее к нам издалека. Нечистая сила, что поджидает на пороге. Див из легенд. Осознаю, что мне суждено умереть в ту ночь, но я легко принял эту мысль, так как прожил тут всю жизнь. Знавал еще отца и деда Вилдэра. Моя семья тут, и Лиры тоже моя семья, а Бетани мне все равно, что третья дочка. Готовый умереть, я иду навстречу к последнему противнику. Он ослепил меня на миг светом, вышедшим у него из рук, и я ощутил жар по телу — языки белого огня, окутавшие капеллана, обожгли меня. — Карвер схватился за талисман на шее в виде меча. — Клинок выпал из рук, а он подошел ближе.