— Вот и славно. — Иордан убрал кудри с лица и протер лоб. — Мы втроем вместе с местными смогли дать бой врагам. Вшестером будет больше шансов.
— Ввосьмером, — произнес Амор и вытащил меч из позолоченных ножен, начав его разглядывать. Его оруженосец Миллар стоял рядом. — Неважно, кем написана сказка, в ней всегда должны быть люди.
Дэйн с Балионом переглянулись. Рыцарь еще раз попытался вразумить часть группы, но теми будто бы двигала иная цель, несвязанная с поиском пропавшей. Без мага и человека, бывавшего в другом мире, и еще, как сказал жрец, имеющего сведения о Бетани Лир, им будет худо. Тогда и Дэйн останется. «Но мы ведь можем все погибнуть… Сколько их, по словам выживших? Больше полусотни? Мужчин верадов тут около двух дюжин, среди которых есть и старики, и юнцы… Это безумие, а может, все же нет? Среди нас вычурный чародей, взрывающий неприятелей неведомой силой, и, наверное, он способен на еще большие фокусы. Легендарный рыцарь, не проигравший ни одной дуэли. Победитель нескольких турниров. Герой эпоса, совершивший дюжину подвигов. Хадриец, умеющий превращать какую-либо жидкость в воду и… Да, приносить дождь. В сегодняшнем сне об этом говорилось. Со жрецом представитель другой расы — крупный и сильный, наверняка, умелый воин, как и Виллен. Еще есть здоровый, лишенный рыцарского титула за преступления над мирным населением, спутник, обладающий нечеловеческой силой, — Дантей Агор и его секира будут внушать ужас врагам. Балион и Кагул с пятью всадниками — отличная помощь, без которой может быть тяжко. Конечно, если они решат остаться. Энит и Адриан… не воины. Девушка повелевает огнем и может поджигать предметы, но у дитя Предка совсем не решительный взор — она не привыкла к смертям, как и юноша рядом с ней. Если бы ее магическая мощь была бы сходной с возможностями их мага, или у них появился бы еще один Леандрий… Вурза — один из опытных охотников при дворе Лиров, оберегающий леса и ухаживающий за статуями Миратайна в предместьях; лесничий с луком поможет в схватке. Следовало ли Адриану отправляться в путешествие? Как его молитвы Десяти Пророкам помогут? Как его склянка с «Божьими Слезами» отгородит от опасности? Создатель сам спустится и своей дланью сметет недругов? А я? — Дэйн поглядел на свои бледные руки. — Как мои сны защитят нас? Белое Пламя… Как оно поможет? Я не бывалый воин, но меч держать умею».
Они слишком медлили, и теперь бежать поздно. Из-за лесистого холма слышалось ржание лошадей и воинственные кличи. К деревне прилегала поляна, и шум двигался туда.
Верады с луками расположились за ограждениями и деревьями. Другие с копьями и топорами находились рядом с Вернополосом. Балион выругался, садясь на коня. Он надел на себя шлем с наносником, подготовил щит и вытащил меч. Леандрий зачем-то снял с себя свой наряд и колпак, сапоги из кожи, надев вместо них рубище, которое он попросил у старосты. Убрал серебряную цепочку, завивавшую его черную бородку. Теперь он, босой, с взлохмаченными волосами походил на обычного кмета, правда, держался статно. Дэйн понял, зачем. Маг не хочет себя выдавать. Самый сильный удар по врагу — неожиданный. Бандиты не сразу поймут, из чьих рук в них будут летать магические сгустки, разрывающие их на части. И сколько будет этих рук. Это их сильно напугает.
Впереди на скакунах двигалась дюжина вооруженных людей, похожих на высокие тени, а позади пешком следовали оборванцы с двумя повозками, наваленные пищей и хламом. Чужаки, идущие первыми, — это главари. На них черные доспехи, и выглядели они выше и сильнее остального сброда. У одного из лидеров отсутствовал нос, а на его месте виднелась белая марля, обмотанная несколько раз вокруг середины лица. На темных латах у безносого выгравированы багровые крылья, а за спиной широкий меч с волнообразным лезвием. На бычьей шее татуировка в виде сколопендры. Рот у бандита был слегка приоткрыт и создавал еле заметную усмешку.
Вальяжно он на крупном жеребце выдвинулся вперёд, осмотрел деревню на расстоянии полёта стрелы, затем спешился. Безносый продолжал глазеть на них довольно долго. Видел он и направленные на него стрелы, и вооруженных верадских копейщиков, и странную группу, которая никак не сочеталась с культурой народа Арлена и то, что его ждут потери, если нападет. Но дольше всего он смотрел на Иордана и двух его спутников.
«Высматривает троицу, потрепавшую его людей. Опасается», — подумал Дэйн. Жрец успел рассказать, как они отбросили напавших на соседнюю деревню, заставив отступить, но чужаков много, и были жертвы среди верадов, как и пленные. Последние сейчас стояли на коленях среди чужаков в черных доспехах, плакали и молились своим богам. Среди них племянница Вернополоса с детьми.