Спрашивается, почему он сразу об этом не сказал?! Ходит полдня вокруг да около, как кот вокруг сметаны!
– Поедемте, скорее! – заторопилась Селена. – Король ждёт сыворотку, а Бартис ждёт помощи. Чем раньше мы всё решим, тем лучше!
Она тронула лошадь, намереваясь идти, но Гараш вдруг заупрямился:
– Нам велено забрать сыворотку лично у магистра Омаля. О вас Никлас ничего не говорил.
Флаппер передёрнул худыми плечами:
– Я бы удивился, если бы он говорил обо мне. Магистр Омаль только вчера покинул город, и все распоряжения отдал мне лично. Впрочем, если желаете, подождите до следующей луны, и он непременно вернётся. На этом позвольте откланяться. Не смею вас задерживать!
Церемонно поклонившись, молодой человек подхватил подол мантии и поспешно зашагал прочь.
– Зачем ты его обидел? – шепнула Селена.
Она надеялась, что Гараш устыдится, но тот и бровью не повёл. Только проворчал:
– Мы ехали не к нему, а к магистру Омалю. Так велел твой отец.
– Магистра Омаля нет в городе. Что же нам делать?
– Не знаю. Но это не повод доверять первому встречному!
– Тогда Витас умрёт! Разве ты не хочешь ему помочь?!
– Хочу, но…
– У нас нет выбора, – вмешался молчавший прежде Зебу. – Если сыворотка у него, мы должны её забрать.
Селена пришпорила лошадь:
– Господин Флаппер! Подождите! Мы идём с вами!
Сарпин
Университет Гарцова выглядел непривычно. За кирпичной стеной, невесть зачем окружавшей университетский городок, начинались заросли кустарника, а чуть поодаль – стройные аллеи, которые вели к нескольким зданиям из того же красного кирпича.
Людей тут было на удивление мало, но Флаппер пояснил, что занятия отменены по случаю ярмарочной недели.
– Студенты всё равно прогуливают, – потупился он. – Сами понимаете: гулять веселее, чем учиться. Вот декан и принял решение распустить их на время.
Лаборатория, в которую привёл путешественников новый знакомый, располагалась на первом этаже одного из кирпичных зданий. Селена рассчитывала попасть внутрь, но Флаппер проводил их в небольшой кабинет, обставленный тёмной мебелью, попросил подождать и ушёл, оставив дверь приоткрытой.
– Я ему не доверяю! – заявил Гараш, как только стихли шаги в коридоре.
– Ты и самому себе не доверяешь! – огрызнулся Зебу. – Хочешь, чтобы мы вернулись с пустыми руками?!
– Никлас просил…
– Не начинай! – взвился Зебу. – Он же всё объяснил. Сыворотка у него. Сейчас возьмём её и – назад. Никлас на нашем месте поступил бы так же.
Заложив руки за спину, Гараш прошёлся вдоль стены, но кабинет был таким крошечным, что шагать вскоре стало некуда.
– Плохо, что мы не нашли бургомистра, – сказал он скорее самому себе, чем спутникам. – Змеерукие наверняка до сих пор в городе, если ещё всех не перебили.
В это время за дверью заверещали, и по коридору с невероятной скоростью пронеслось что-то тёмное величиной с крупную собаку. Следом пробежал Флаппер. Когда Селена выглянула наружу, там уже никого не было. Только откуда-то издалека раздавалось пыхтение и повизгивание.
– Вы это видели? – прошептала девочка.
Вопрос был глупый – ни Зебу, ни Гараш, конечно, ничего видеть не могли, ведь оба они стояли сбоку от двери.
– Там какой-то… Там кто-то… – пробормотала Селена, но сформулировать мысль до конца так и не смогла. К счастью, ей на помощь пришёл Флаппер.
Молодой человек вошёл в кабинет, таща на цепи невиданное существо. Животное, вполне можно было бы назвать помесью медведя, хорька и крысы, что, правда, решительно не отражало действительности. Медведя оно напоминало только переваливающейся походкой и широко расставленными когтистыми лапами. Хорька – коричневым с проседью мехом и чуть раскосыми треугольными глазками. Заострённая крысиная мордочка, довершавшая облик существа, могла привести в недоумение даже многоопытного натуралиста. Однако всё перечисленное было, пожалуй, несущественно, в сравнении с главной странностью: животное передвигалось на двух ногах почти так же ловко, как и на четырёх. Селена не сразу сообразила, как ему это удаётся, но после разглядела длинный хвост, служивший зверю опорой при ходьбе.
– Прошу простить мне эту маленькую проволочку, господа! – Флаппер тяжело дышал, пытаясь втащить в комнату упиравшееся чудище. – Эта тварь совершенно не желает быть полезной.