Никлас невольно нахмурился:
– У короля жар, сударыня. Если температура в помещении будет слишком высокой, это лишь усугубит его состояние.
Он ожидал, что доктор Иллария начнёт спорить, но та вдруг потупилась и вновь присела на краешек стула, сложив руки на коленях:
– Вы, вероятно, правы, мэтр Кариг. Прошу простить мою несдержанность! Минувшая ночь далась его Величеству слишком тяжело, что причинило мне немалые душевные страдания.
Солнечный свет разоблачил доктора Илларию. Теперь она вовсе не казалась такой уж холёной: причёска выглядела несвежей, лицо побледнело, на щеках проступили розовые пятна.
– Вам не за что извиняться, сударыня! – поклонился Никлас. – Напротив, это я должен просить прощение за долгое отсутствие.
– Это неважно, мэтр Кариг. Главное – вы, наконец, привезли сыворотку! Не медлите же, прошу! Дайте её королю, и следующая ночь будет для всех нас куда лучше прошедшей!
Она сказала это громко и страстно, совсем не так, как приветствовала Никласа. Но что изменилось?
– У меня нет сыворотки, сударыня, – ответил Никлас, наблюдая за её реакцией.
Зрачки Илларии на мгновенье расширились, рот приоткрылся, ноздри раздулись. Женщина фыркнула:
– Что значит «нет»? Вы шутите, сударь?!
– Жизнь его Величества – неподходящая тема для шуток, сударыня. У меня действительно нет сыворотки.
Внезапно доктор Иллария запрокинула голову и забулькала горлом. Никлас не сразу понял, что это: смех или кашель. Оказалось, всё-таки смех.
– По-вашему, это забавно, сударыня? – насупился он.
Перестав смеяться, Иллария заговорила другим голосом – сухим и резким:
– У короля жар. Третьи сутки мне не удаётся ничего с этим поделать! Вы уехали за сывороткой, но явились с пустыми руками! На что вы надеетесь, сударь?! На то, что лихорадка пройдёт сама по себе?! На чудо?! На древних богов?! У нас был шанс. У вас был шанс, мэтр Кариг, но вы его не использовали! Теперь король умрёт, и мы не сможем его спасти! Вы не сможете его спасти, сударь, потому что мне здесь больше делать нечего!
Она вновь вскочила на ноги, но уходить не торопилась – так и стояла у двери, вглядываясь в бледное до синевы лицо Витаса.
– Какую дозу сквелена он получил прошлой ночью? – спросил Никлас. Нужно знать, чего ожидать. Если уже и высокие дозы не помогают, то дело плохо.
Иллария перевела на него растерянный взгляд. Некоторое время она хлопала глазами, точно не понимала, о чём её спрашивают, и вдруг усмехнулась:
– Никакую, сударь.
– Это неостроумно, сударыня!
– Зато честно, сударь. Я не давала ему сквелен с того дня, как вы покинули город.
– Вот как! Что же побудило вас принять такое решение?
– Я – врач, мэтр Кариг, и не нуждаюсь в ваших предписаниях! Всё это время пациент получал другое лечение, которое, как видите, оказалось вполне эффективным.
– Могу я узнать, чем именно вы лечили короля, сударыня?
– Разумеется. Здесь нет никакой тайны. Его Величество получал отвар чомуса желтоцветного трижды в день, после приёма пищи. Впрочем, он уже два дня ничего не ест, так что, выходит, просто трижды в день. Вы удовлетворены?
– Я возмущён, сударыня! Но ведь это именно то, на, что вы рассчитывали, не так ли?
Иллария скривилась:
– Нам больше не о чем разговаривать, мэтр Кариг! Счастливо оставаться и всего наилучшего!
Она устремилась к выходу, едва не налетев на маршала, внезапно показавшегося в дверном проёме. Нордиг вскинул бровь, по его скулам поползли желваки:
– Вы уходите, доктор?
– Мэтр Кариг больше во мне не нуждается, господин маршал, – Иллария попыталась протиснуться мимо, однако Нордиг преградил ей дорогу:
– Мне так не показалось.
– Помощь госпожи Амиди мне действительно больше не требуется, – отозвался Никлас, хотя его никто не спрашивал. – Хотелось бы узнать лишь о том, почему вы избрали столь неразумную терапевтическую тактику, сударыня.
Иллария просительно взглянула на маршала, но тот лишь кивнул, веля отвечать.
– Чомус – отличное противовоспалительное средство, – едко проговорила женщина. – Противовоспалительное и жаропонижающее, да будет вам известно!
Никлас не отвечал. Он рылся в сумке в поисках пузырька со сквеленом.
– Чего вы от меня хотите?! – взвизгнула Иллария. – Я лечила его тем, чем считала нужным.
– Нужным для чего? – Никлас посмотрел на неё в упор, и женщина не выдержала – отвела взгляд.
– Я – врач, сударь!
– Это мы уже слышали, – кивнул маршал. – Извольте отвечать на вопрос!
– Я не понимаю вопроса! – Иллария дёрнулась в сторону двери, однако Нордиг встал прямо в проходе, и ей пришлось отступить.