— Снеж, что случилось? — Эля нервничала, мало полуобморочного оборотня, так еще Снежку как пришибло.
— Какой демон Малик?
— Та-ак. Он приставал к тебе?
— Нет. Но встретились сегодня. С него морок спал. Он вовсе не слащавый пупс. Эллльь…он такой сеексии…- заныла подруга падая на стул.
— И ты в то же болото, — офонарела магичка. — Вы хоть предохраняйтесь, или отвары свои пей.
— У нас ничего не было, — то ли возмущенно, то ли разочарованно ответила Снежка.
— После твоего «Он такой сеееексиии» еще как будет. Тут воздух виагрой пропитан что ль. Одна гнома хочет, вторая вампира, третья на демона слюни пустила, — не унималась Элеонор, нервно нарезая кубиками морковку. — И вообще, ты готовить должна не я.
Белоснежка жалостно посмотрела на подругу, та только рукой махнула, продолжая кромсать несчастный овощ.
— Севара, поговори хоть с ним. Как нарычала на бедолагу два дня назад так и сидит, даже воду не пьет. Нельзя же так!
Журила девушку-оборотня Стефания. Эрик и правда несколько суток не притрагивался к еде и воде. Сходит к речке, ополоснется и назад. Севара же не сдавалась.
— А можно в мое пространство лезть? Ко мне подойти боятся, рычит и кидается на всех. Твердит что мы пара! Нормально? Я ничего не чувствую! Так не бывает!
— Лешие приперлись за своим товарищем, — оповестила Тильда.
Магичка бросила нож, вытерла руки. Девочки молча смотрели на старшую, интересно опять с Ником сцепятся?
— Ну что дамы, шоу начинается? — выходя следом за Элеонор, пошутила Белоснежка.
— Оно продолжается, ежедневно, — бурчала в ответ Тиль.
Эль вышла за преграду что-то обсуждая с Ником. Эльф подпирал дерево, с усмешкой смотря на фурор произведенный Маликом. Девочки стайкой окружили демона, оценя новую внешность. Одна Снежка стояла в сторонке, тоже наблюдала, надув губки. Протвный демон даже не смотрел в ее сторону. Ну и подумаешь! Расхорохорился как петух, среди кур.
Малик времени зря не терял, поулыбавшись девушкам, обратился к оборотню:
— Севара, прошу, поговори с ним. Пожалуйста. Пару фраз. Мы заберем его, Ник колданет и он забудет тебя, раз так хочешь.
Девушка напыжилась, не ожидая такого поворота. Насупившись твердыми шагами подошла к оборотню, плюхнулась напротив него, сложив руки на груди смотрела в упор.
— Я не чувствую в тебе свою пару!
— Ты еще маленькая и глупая.
— Если я такая, чего сидишь, иди взрослую ищи, — взбесилась девушка.
— Жду когда повзрослеешь, поймешь.
— Пффф. Обор, ты НЕНОРМАЛЬНЫЙ! Вот чего ты лыбишься?
— Хочешь понять? Обратись, — сказал и перекинулся в волка.
Красивого серебристого волка.
— И не подумаю, — он лежит на пузике, умоляюще смотрит голубыми глазами. — Ладно.
Тишина. Все наблюдают за двумя волками. Крупный самец неподвижным бревнышком посреди поляны, вокруг него, принюхиваясь описывает круги молодая самочка.
Ткнулась носом в его морду. Прилегла рядом, перевернулась на спину, потерлась о бок самца. Поднялась. Рыкнула. Он поднялся. Сел. Она потерлась мордочкой о его морду. Резкий выпад, самочка лежит под самцом, он замер прикусив ее з холку.
— Сев… — Ник успел закрыть рот рукой Эле, прижав девушку к себе со всей силы.
— Тихо. Не лезь. Он не сделает больно Севаре, — прокашлявшись хрипло прошептал он.
Элеонор будто током шибануло, замолчав она кивнула, косясь на обнимавшего ее ведьмака. Момент когда Севара перекинулась в человека они оба прозевали, как и то как она в панике убежала в дом.
Эрика увели. Девочки разошлись по комнатам, решив дать Севаре прийти в себя, не задавая вопросов.
Посмотрев пару серий любимого анимэ, Снежка приняла душ. Облачилась в короткую, шелковую ночнушку, сладко позихнула, закрыла глазки.
Жарко. Сбросив покрывало, девушка перевернулась на другой бок, на спину, живот.
Да что такое! Душно и все мешает…
— Не спится Принцесса? — тихий шепот.
Он тут, рядом. Белоснежку бросило в жар. Дыхание участилось.
— Малышка ты вся горишь, — легкое дуновение ветерка.
Соски затвердели. Между ног стало влажно. Рука потянулась за покрывалом, прикрыться.
— Бесстыжая, девочка стесняется? — смешок.
Нежное прикосновение. Его рука прошлась вдоль ножки, по бедру, замерев на животе. Палец очертил треугольничек кружевных трусиков, Снежа еле сдержала стон, сильнее сжимая ноги. Горячее дыхание на шее. Губы обхватили торчащий сосок, сквозь шелковую ткань. Наглые пальцы проникли под кружева, поглаживая гладкую кожу.
— Мали-ик…- алые губки приоткрылись шепча его имя и постанывая. — Хочу тебя! Сейчас.
Он отстранился, убрал руку.
— Сперва минет Принцесса…
Вздрогнув, Белоснежка проснулась. Одна, в своей постели. Возбужденная похлеще мартовской кошки. Негромко матернулась и поплелась в душ.