- А причем здесь я, - почувствовала, как мои щеки загорелись, и опустила голову. Но Кирилл осторожно поднял мое лицо за подбородок и заглянул в глаза.
- Ты – женщина, которая умеет любить, - с придыханием произнес Милосердов, и я заметила, как он начал медленно наклоняться.
Глава 29
Признаюсь, в этот момент все здравые мысли улетучились из головы, а сердце забилось так часто, что я впервые за долгое время почувствовала себя живой.
Мне хотелось быть живой. Такой как все. Смеяться, влюбляться, целоваться и не чувствовать при этом боли и одиночества.
Я ведь не делаю ничего плохого, за исключением того, что Кирилл муж моей сестры. Но об этом я вспомнила в самый последний момент, когда губы Милосердова накрыли мои. Обжигающий жар затопил сознание, и я потянулась навстречу чужому мужчине, мужу, на которого не имела права.
Господи, как же приятно он целовался. Страстно и в то же время нежно. Провел рукой по моему лицу, убрав волосы, и я затрепетала. Пусть потом замучаюсь угрызениями совести, но ни за что не упущу это мгновение.
Пришла в себя на кровати, когда Кирилл торопливо расстегивал пуговицы блузки. Что же я творю, глупая? Совсем разум потеряла. Собираюсь изменить родной сестре.
Милосердов почувствовал изменение в моем настроении и отступил. Тяжело дыша, взъерошил темные волосы и сел на кровати.
- Прости, - извинился он срывающимся голосом. - Просто вы с сестрой так похожи.
Чертовски обидно, что целуя меня, Кирилл думал о Диане.
- Ты любишь мою сестру?
Конечно, любит, тут не о чем рассуждать. Если мужчина прощает измены, значит, дорожит женщиной и безумно в нее влюблен. Я ожидала услышать безоговорочное "да", но Милосердов пожал плечами.
- Не знаю, - он заглянул мне в глаза и продолжил. - Раньше был уверен, что люблю, а сейчас сомневаюсь. Скорее болезненная привязанность, возникшая на почве эмоциональных качелей, которые Диана постоянно устраивала. Это как замкнутый круг, когда хочешь вырваться из порочных отношений и готов уйти, но стоит ей поманить пальцем, как снова возвращаешься. Из-за Тима, потому что он очень привязан к матери, и бесполезной страсти, которая почему-то не проходит. Ты копия Дианы, вобравшая в себе все черты характера, которые я бы хотел в ней видеть. Прости, что воспользовался твоей растерянностью.
Он отвернулся, а я провела пальцами по губам, все еще горящим после недавнего поцелуя. Странное дело, они не болели и кожа на них не повредилась. Обычно поцелуи причиняли мне боль, потому что травмировали нежную кожу красной каймы. Но с Кириллом все было иначе.
И почему он именно тот, с кем я не должна целоваться!
- Ничего страшного, - набравшись мужества, я коснулась его плеча и Милосердов сразу же обернулся. Его глаза сверкали, и мне снова стало не по себе. - Но в дальнейшем мы должны быть более осмотрительными и не позволять эмоциям брать верх.
- Согласен, - Кирилл улыбнулся. - Значит, мир?
- Мир, - я легонько сжала его ладонь, и он наклонился, чтобы поцеловать мою руку.
И этот поцелуй как наваждение, после которого нас снова словно магнитом потянуло друг к другу.
- Мы не должны, - прохрипел Кирилл, остановившись на полпути.
Его горячее дыхание опалило мою щеку. Если бы я не сидела, обязательно бы сползла на пол, потому что ноги стали ватными и дрожали. Меня вообще всю колотило от нервного перенапряжения и неутоленной страсти. Я столько лет провела в одиночестве, что сейчас мое тело бурно реагировало, даже понимая, что реагировать нельзя.
- Тебе лучше уйти, - прошептала я и удивилась, почему Милосердов не уходит. Только потом до меня дошло, что я судорожно вцепилась в его рубашку и сама его не отпускаю.
- Я пойду, - произнес Кирилл мне в губы, но не подвинулся и не убрал мои руки.
И я замерла как кролик перед удавом, наслаждаясь каждой минутой желанной близости.
- Я тебя всего один раз поцелую и сразу отпущу, - заверил Милосердов, осторожно коснувшись моих губ.
- Только один, - прошептала я, охотно отвечая на поцелуй.