Да здравствует Мираса Первая Рикосская!
.
Часть 2. Основная
- Поздравляю, моя дорогая внучка, - ласково произнесла пожилая женщина, передавая Элосилле небольшую деревянную шкатулку.
- Спасибо, бабушка, - поблагодарила она рассеянно.
- Ты не откроешь?
- Ах, да. Задумалась, прости.
Внутри лежал красивейший комплект из ожерелия, сережек и браслета. Тончайшие нити белого золота соединяли драгоценные камни, которые переливались на солнце.
- Фамильное укршение. Твоя мать привезла его с собой из родной страны. На картине, что висит в
Парадном зале дворца, она изображена в нем.
- Да? Не замечала, - пробормотала девушка и захлопнула крышку, так толком и не рассмотрев подарок.
Старая королева нахмурилась, но ругать за пренебрежение не стала. Она знала, что именно гложет несчастную принцессу.
- Не печалься, Ло. У тебя впереди еще много лет жизни, успеешь отметить день рождения с большим размахом.
- Шестнадцать бывает только раз, - не удержалась девушка и всхлипнула. - Она сказала, что все деньги уйдут на Праздник весны, а я могу пригласить максимум двадцать человек... Я решила, лучше одной, чем так...
- Я понимаю твою обиду, но теперь мы полностью зависим от Мирасы. Вот выйдешь замуж и будешь счастлива далеко от нее.
- Ага...и зависеть от мужа. Из одного плена в другой не хочу. Что же мне делать, бабушка?
- Живи и учись, - посоветовала женщна. - Твое содержание урезали, но это не критично. Статус ей у тебя не отнять, так что подними голову, расправь плечи и вперед!
Удивительно, но наставление подействовало. Элосилла перестала жаловаться и вплотную занялась собственным образованием. А другого выхода у нее и не было, потому что сложно вести бурную светскую жизнь, когда нет денег на приличное платье. А слыть принцессой-нищенкой, которая появляется в одном и том же наряде несколько раз подряд, она не желала. Целыми днями девушка просиживала в библиотеке, скрываясь от вездесущих аристократов. Она бы и рада уехать в провинцию, но королева снова поскупилась.
- Если ты согласна в одиночку содержать поместье, то езжай, - милостливо разрешила она.
Некоторые балы Элосилла все же посещала ради приличия или по требованию мачехи, которой надо было продемонстрировать теплые родственные отношения. На одном из них принцессу особенно рьяно окружали вниманием придворные, и это ужасно раздражало королеву. Она видела, что падчерица уже не дитя и скоро составит конкуренцию ей. Ведь чего боятся красавицы? Правильно - собственнного увядания и молодых соперниц.
- На твою руку претендует барон Эгзи, - сообщила Мираса на данном торжестве, желая уязвить девушку.
- Он не может, я принцесса, - без особого волнения ответила Элосилла.
Губы королевы искривила презрительная усмешка.
- Ты надеешься на лучшую партию? Учти, что размер приданного определяю я и растрачивать казенные деньги не намерена.
- Вы унизите в первую очередь себя, если решите экономить на мне, - сдерженно объяснила принцесса. - И не забывайте, что вы тоже породнитесь с баронами.
После этого разговора Мираса была в бешенстве. Она не любила, когда кто-то осмеливался перечить ей. Влетев в свои покои, женщина с силой хлопнула дверью.
- Рьер! -крикнула она.
Из смежной комнаты тут же появился стройный и широкоплечий мавр - верный слуга королевы, которого она приобрела на невольничьем рынке в одном из своих путешествий. Он должен был служить ей то время, пока она находилась на территории его страны, но мужчина боготворил свою госпожу и пожелал следовать за ней везде. С тех пор они не расстаются.
- Моя королева, - поклонился он.
- Помоги мне раздеться! - приказала Мираса, с удовольствием замечая, как загорелись глаза слуги.
Его обожание всегда хорошо отражалось на мужественном лице и становилось подтверждением, что она все еще прекрасна. Он сносил любые унижения и издевательства лишь бы быть ближе, подобная любовь больше походила на одержимость, но это королеве и нравилось.
Мужчина умело распустил шнуровку, и платье упало вниз, оставляя желанную женщину в шелковой полупрозрачной сорочке. Он почувствовал, как пах скрутило привычной болью, но перестать смотреть на свою богиню не мог.
- Дальше, - властно прозвучал мелодичный голос, и мавр возликовал.