Я, добежав до туалета, подошла к раковине, включила воду, тщательно, с мылом, вымыла руки, а после стала плескать ледяную воду в лицо - этот способ всегда помогал мне успокоиться и хоть как-то привести нервы в порядок. Кое-как утерявшись бумажным полотенцем, я вытащила из кармана раскладушку. Чуть подумав, я вздохнула и стала набирать номер телефона единственного человека из прошлого, с которым общалась. И хоть созванивались мы крайне редко, он быстро ответил на мой звонок - не прошло и пару секунд.
- Настасья? - удивлённо спросил мужской приятный тенор, и я поняла, что с облегчением вздохнула, уловив в нем нотки не только удивления, но и радости.
- Привет, Юра, - откликнулась я, видя в зеркале, как улыбаюсь.
- Привет, сестренка, - отозвался жизнерадостно Юра. - Давно я не слышал твой голос. Как жизнь?
- Хорошо. Надеюсь, твоя - тоже, - отозвалась я.
- Еще бы, - хмыкнул он. - У меня все окей. Чего ты мне звонишь ночью?
- У нас уже не ночь, а день, не забывай о разнице во времени, - наставительно произнесла я, даже и не подумав извиняться за столь поздний звонок. У Юры ночной образ жизни - даже сейчас на заднем плане играет громкая музыка и слышен веселый смех парней и девушек, он засыпает только под самое утро, а потому я смело набрала его номер.
- А, точно. Все время забываю эту огромную разницу во времени! Настасья, что-то случилось? Ты просто так мне не звонишь, - спросил Юра у меня. Он, как и настоящий дядя Алены, жил в Западном полушарии, только не в Канаде, а в США, а еще точнее, в Лос-Анжелесе. Его мать думает, что Юрочка там усердно учиться, а он отлично и со вкусом прожигает жизнь.
- Нет, мне просто нужно кое-что узнать, - сказала я.
- Узнай, - великодушно разрешил Юра.
- Где сейчас Тимофей? - я решила спросить прямо.
- Ого! Не ожидал, что ты будешь звонить мне посреди ночи - а, сорри, сорри, забыл, что у вас день! - с вопросом, где наш любимый дядя Тим, - захохотал двоюродный брат. Мне мигом вспомнилась картина из далекого детства, когда на большом совместном праздновании Нового года, в доме человека, называющего себя моим отцом, произошел курьезный случай, в ходе которого мелкий еще Юрка плюнул в тарелку ненавистному дяде Тимофею. Не просто так, а в наказание, ибо дядя выкинул его любимого робота, споткнувшись об него в холле. Правда, никто кроме меня и Юрки об этом до сих пор не знает, в том числе и наш дядюшка, так и не заподозривший неладное в своей тарелке с мясом, запеченным каким-то особым способом.
- Ага, любимый, - скривилась я, вспомнив дядюшку Тима, которого с детства не могла терпеть и боялась. Тимофей вербицкийЮрка тоже не пылал к нему особо яркими чувствами. Думаю, история с плевком в тарелку показательна. - Так где он?
- А я ему не нянька, чтобы знать, где он, - опять захохотал парень и вдруг завопил, как ужаленный, на английском. - Синди, Синди, не смей меня щекотать! Ненавижу щекотку! - после он заржал, как сумасшедший, явно от кого-то отбиваясь. На заднем плане появился женский смешливый голос, который без остановки повторял: "Иди ко мне, ну иди же ко мне!".
Я вздохнула, понимая, что после этого звонка буду разорена.
- Ты меня слышишь? - строго спросила я брата, продолжавшего ржать, и судя по тому, что его смех становился все менее и менее тихим, неведомая мне Синди оставила его в покое. Юра с детства боялся щекотки, как дурачок.
- Слышу. Блин, я чуть не умер, блин!
- Перезвони мне прямо сейчас, - велела я Юрию и отключилась. Он послушался, и через несколько минут я вновь разговаривала с кузеном, который, кажется, прятался от назойливой Синди и еще какой-то девицы в ванной или в туалете.
- Ну, что ты хотела? - спросил меня он, - говори быстрее, они мне щас дверь выломают, озабоченные!
- Это ты там озабоченный. Опять дома тусовку устроил? - спросила я.
- Ага. Люблю веселье! Если у меня есть возможность пожить в Лос-Анджелесе и есть бабло, почему я дожжен быть грустным или угнетенным. Так что ты там хочешь узнать о Тимофеиче? - никогда особо уважительно не относился к дяде Юрка.
- Он в Америке?
- Не-а, она в Раше, уже несколько месяцев, в нашем родном замечательном городе, ведет кое-какие дела, - был в курсе семейных дел парень. Я же о них ничего не знала уже несколько лет. - А что?
- С мегерой разошелся? - задала я следующий вопрос, не отвечая брату.
- Боже, ты что, сошла с ума, Анастейша? Когда тебя это интересовало? - воскликнул удивленно Юра. Любит он коверкать мое имя.
- Ну, отвечай! - потребовала я.
- Нет, не развелся он с тетушкой Ирэн. Только, - тут он хмыкнул, - ты же знаешь, что ему постоянно нужны девочки. Свежая кровь. - Тут я не выдержала и хмыкнула, однако вспомнив Алену, я моментально прикусила себе язык.
- Говорят, опять нашел какую-то, - продолжал Юра. - Модельной внешности. Это мне мать рассказывала. Ты же знаешь, она всегда мне все рассказывает, хотя мне глубоко по фиг. - Это было правдой. Моя тетка, мать Юрия, постоянно рассказывала ему все сплетни, связанные с нашей - нет, с их! - семьей. Звонила она ему часто, несколько раз в день и трепалась обо всем на свете, а Юрка не мог положить трубку или сказать, что занят - пока мамочка довольна им, он доволен своей жизнью в городе ангелов.
Услышав слова кузена, сердце у меня застучало с новой силой, глухо отдаваясь где-то в висках. Глупая Алена, с кем она связалась?
Нет, это конечно, ее дело, с кем встречаться и даже тот факт, что она лгала по поводу того, что в отношения вступит с тем, кого любит, меня не особо задевали, хотя да, было как-то неприятно осознавать, что это все просто вранье. Хотя я сама не святая. Но то, что из всех мужчин этого города подруга связалась имён с моим дядей, меня угнетало. Он, серьезно, не самый хороший человек, да и женат, к тому же. А еще он вполне может узнать меня, а мне это совершенно ни к чему.
И как же теперь быть? Я ведь ничего не могу поделать, а бессилие я ненавижу!
- Зачем тебе это, систер? - поинтересовался Юра беспечно. - Собралась подставить дядюшку Тима перед тетей Ирой?
Тетя Ира - законная супруга дяди, первая и, наверное, последняя. По характеру своему она ничуть не лучше Тимофея, и я даже не знаю, если честно, как они живут вместе, терпя друг друга. Наверное, они никогда бы не сошлись, если бы не бизнес. Их брак произошел не по любви, а по самому расчетливому расчету, чтобы объединить две компании в большой холдинг. Тимофей постоянно ходила налево, и об этом все знали, включая его драгоценную супругу. Ходила ли налево она, я не знала и знать не хотела, однако мне казалось, что измены мужа Ирину бесят, потому что ее в принципе бесит все на свете. Меня, если честно, тоже многое напрягает, но до Ирины и ее жуткого высокомерного нрава мне далеко, как до созвездия Ориона.
- Он тебе как-то насолил? - допытывался Юра по мобильнику. - Мне было бы некомфортно даже от мысли, что мы с ним живем водном городе.
- Типа того, - не собиралась я ничего рассказывать про Алену. Но мысль рассказать обо всем жене Тимофея мне понравилась - Ладно, мне пора. Подруга ждет.
- Хорошенькая? - тут же обрадовался кузен. - Познакомь меня с ней.
- Спасибо за ответы, мне пора, - отозвалась я и, прежде чем он негодующие что-то завопил, я сбросила вызов.
Мрачно поглядев на себя в зеркало и запихав мобильник в карман джинсов, я двинулась по направлению к двери.
Я что-нибудь придумаю.
Алена проводила Настю чуть прищуренным взглядом голубых глаз и села на лавочку, как-то небрежно швырнув сумку Насти - обычную, не самую модную, слегка потертую, но вместительную - рядом с собой. Свою сумку - прямоугольную, аккуратную, с плоским дном и двойными ручками, недавно купленную в модном магазинчике, она положила куда более бережно. Поведение подруги ей не нравилось - это можно было понять, заглянув в красивое лицо с правильными чертами, а потому Алена была обеспокоена и еще почему-то очень зла. Достав из сумки овальное зеркальце и посмотревшись в него, убеждаясь, что с ее лицом и прической все в порядке, девушка вытащила из кармана кожаной куртки мобильник и стала набирать смс, стуча по поверхности большого сенсорного экрана длинными в меру ногтями с белым классически френчем.