– Да представляешь, покупатель сорвался. Ему вроде как по наследству деньги положены, а там что-то затянулось у них.
– Что делать будешь?
– Что сможем, продадим. Даже вот машину свою. А дом на брата жены оставлю: как продадут, переводом вышлют. Мы там первое время все равно жить будем во временном жилье.
– Понятно. Я у Вики был, спросил про список друзей и тех, с кем общалась убитая.
– Интересное есть что?
– Да не особо. Наша Аня в кафе не ходила, подруга ее близкая тоже. Ты же знаешь, в нашем городе кафе Рамзана считается самым приличным местом, хотя я бы поспорил, но все же, а значит, в других забегаловках девочки точно не появлялись.
– Шашлык у Рамзана что надо, ты прав. А про девчонок думаю, раз не было ухажеров, то со своими детскими копейками им не по карману было в такое заведение ходить.
– Ну, к примеру, Попова могла себе позволить. Девчонке шестнадцать лет, а вся шея в золоте, цепь больше, чем у моей собаки.
– Рассмешил ты меня. Ну, допустим, эта Попова может позволить себе, а Кравцова – она ведь не располагала финансами.
– Она нет, а вот ее мужчина – да.
– Есть догадки?
– Есть одно предположение. Я тут у себя в записной книжке контакт имею – думаю, мои догадки будут оправданны, но не обрадованы некоторыми личностями.
– Ну не томи, Алексеевич, на кого думаешь?
– Умаровы. У старика ведь три сына – правда, у всех как назло имена начинаются с буквы «А».
– Если быть точным, то четыре сына, самый мелкий с моим в один класс ходит. Старший точно отпадает, он в отношениях с одной особой, в паспортном сидит, женат естественно. Средний, тот, который магазины автозапчастей держит, тоже женат, баба его вся замотанная ходит, лица не видно. Получается, третий – который Анзор.
– Получается. Только это всего лишь наши догадки.
– А давай с этим поговорим, который семью бизнесмена… ну ты понял.
– Сомневаюсь я, что он нам так прямо и заявит, что Аню Кравцову убил Анзор Умаров.
– Значит, надо продумать, как вывести его на этот разговор. Давай для начала в понедельник допросим по этой теме подельников.
– Они, кстати, признались по делу бизнесмена?
– Все как всегда, по старому сценарию: сначала друг на друга стрелки переводили, а потом дружки зачинщика все подчистую выложили. Думаю, может, предложить организатору, что все пойдут по строгой, без поблажек, глядишь, и выложит нам всю информацию про Аню в качестве компенсации, чтобы не ему одному отдуваться.
– Давай до понедельника, обсудим на совещании, а там по обстоятельствам тогда.
– И кстати, насчет парфюмерного отдела. Хозяйка список дала, там всего четыре человека – и все женщины, жены богатых мужей. У всех флаконы на полочках стоят.
– У покойной Чернышовой в том числе… Ладно, пора мне, теща приехала.
– Даже не знаю, что сказать. Надолго?
– Мне на новом месте в первых числах сентября надо быть. В этом году дочка в школу идет, договорился с тещей, что она с Нонной и детьми поедет, поможет обжиться на новом месте. Софию в школу соберет. Нонну одну оставлять нельзя, ты же знаешь.
– Понимаю. А с Викой как?
– Никак, пока никак. Ехать она не особо настроена, точнее, только при условии, что я уйду от жены. Не могу я детей бросить. И забрать у жены не могу! С моей-то работой… Поэтому пока вот так.
– Сложно все, но, думаю, разрешится.
Глава 8. Инициалы
Как только Козырев вошел в дом, тут же почувствовал запах свежеприготовленной еды и чистоты. Сняв обувь, а сразу следом и носки, прошел в ванную и закрыл за собой дверь. Включив воду, Козырев огляделся по сторонам, все было на удивление чисто, даже как-то дышалось легко. Продолжая вдыхать запах стирального порошка и еще чего-то, Козырев облокотился на край ванны и стал расстегивать пуговицы на рубашке. Сбросив одежду на пол, встал под душ и направил струю воды себе на лицо. Простояв несколько секунд в одной позе, Козырев услышал стук в дверь. После того как стук повторился, он выключил воду и спросил:
– Кто?
– Пап, это я, София.
– Я сейчас выйду, дочь.
За дверью послышался шорох и звук удаляющихся шагов. Козырев, надев после душа домашние брюки, прошел на кухню. Оглядевшись вокруг, не мог поверить своим глазам: мойка была пустая, не забитая грязной посудой, полы сияли, как, впрочем, и отмытый потолок от следов насекомых и окно. Плита была начищена до блеска, практически без видимых следов нагара и жира. Новая скатерть с убранством на обеденном столе приветствовала своим праздничным видом, а свежеприготовленная еда так и манила своими запахами. Потянув ручку дверцы холодильника, Козырев достал с верхней полки бутылку водки и, обернувшись, увидел перед собой дочь и тещу.