В это утро он почти полностью потерял сознание. Очищая её пролитый напиток, он почти потерял контроль и ласкал её. Своевременный стон от неё определённо был тревожным звонком. Ему просто хотелось, чтобы теперь у него не было такого хорошего обзора её груди; промокшая рубашка Эрин не оставляла много места для воображения, что также означало, что никому из других мужчин в здании тоже не приходилось использовать своё воображение. Его медведь не был счастливым зверем.
После того, как Директор закончил с ней, в основном поздравляя с хорошо выполненной работой и почти не отчитывая её за оплошность с пистолетом, Ганнер повёл её обратно вниз.
Удовлетворённая улыбка Эрин при словах Директора осветила все её лицо, заставив её сиять. Ганнер почувствовал, как его сердце смягчается, и его защита начала ослабевать, когда она улыбнулась ему, сияя глазами. Что бы он ни отдал, чтобы заставить её выглядеть так.
Это чувство длилось недолго. Вернувшись в свой офис, они прошли мимо Диаса, перевёртыша-ягуара и лидера команды «Бета». Он склонил голову к Ганнеру, но его глаза были прикованы к груди Эрин. Грёбаный кот практически пускал слюни.
Этого было достаточно, чтобы у Ганнера было плохое настроение на весь оставшийся день.
Эрин села на барный стул и пощипала кожу на руке. «Ладно, выпьем с товарищами по команде», — она может это сделать. Всё, что ей нужно делать, это молчать, присоединиться к смеху и не говорить ничего, что можно было бы рассматривать как глупость. Кроме того, было бы очень полезно, если бы у неё не было привидений или видений.
Ганнер с интересом посмотрел на неё, наблюдая, как она натягивает кожу, но ничего не сказал. Не то чтобы она была против, если бы он это сделал; это был всего лишь небольшой механизм, с которым она справлялась, когда нервничала. Хотя, вероятно, было плохой идеей признаться хищнику в том, что нервничает.
Эрин ёрзала в своей слишком тесной футболке. Она позаимствовала её у Эйвери, и та, несомненно, великолепно смотрелась на гибкой львице, а Эрин делала похожей на фаршированную сосиску. А может, это было только её мнение. Она не привыкла носить тесную одежду. Больше никто ничего не сказал. Фактически, она поймала пару агентов-мужчин, задумчиво наблюдающих за ней. К сожалению, на Ганнера это, похоже, не подействовало. Он весь день был бесконечно ворчливым.
В первую очередь, она провела весь день, заполняя пачку документов о том, что произошло накануне. Затем Джесси настояла на том, чтобы провести Эрин экскурсию по её месту работы. Оно состояло из довольно большого офиса, в котором находилось множество компьютеров и различного электронного оборудования, к которому Эрин не смела прикасаться. Это был небольшой тур, но Джесси была болтливой, дружелюбной и, казалось, наслаждалась её обществом. В течение дня они в основном сплетничали о других агентах в здании. Джесси, казалось, знала всё обо всех, в частности, кто с кем спал, кто тайно встречался и так далее.
Эрин пришлось скрыть своё огорчение, узнав о том, что Ганнер спал с дерзкой тигрицей-перевёртышем. Той самой, которая в её первый день была менее чем радушна. Та самая, которая оказалась ростом около шести футов, подтянутой, рыжеволосой и офигительно красивой. Да, она была именно той женщиной, которая подошла бы Ганнеру. Эрин ненавидела её из принципа.
Тем не менее, даже если её детские фантазии о сексуальном начальнике вряд ли сбудутся, по крайней мере, у неё была подруга в лице Джесси. Этого у неё никогда не было в Плайя-Лунар. Они даже мимолётно сговорились как-нибудь сходить пообедать и пройтись по магазинам. Это дало ей ощущение тепла прямо внизу живота.
Тем не менее, помимо удовольствия от времени с Джесси, Эйвери сообщила ей, что она должна продолжить обучение владению огнестрельным оружием и рукопашному бою. При мысли об этом у Эрин пересохло в горле и вспотели ладони, но, по крайней мере, могло быть и хуже. Обучение рукопашному бою будет с Эйвери, а стрельба — с Уэйном. Эйвери была откровенна, но дружелюбна, и Уэйн, казалось, смягчился по отношению к ней. Каттер едва мог её выносить. Мысль о том, что он учит её чему-либо, испугала Эрин до чёртиков. Что было странно; Ганнер намного больше и сильнее его, и всё же, даже когда он кричал и бил стены, она не боялась. Конечно, он заставил её подпрыгнуть — парень двигался, как проклятый кот, — но она всегда чувствовала себя с ним в безопасности.