Что, чёрт возьми, это значит?
— Я… я нет? Как ты можешь знать?
Ганнер пожал массивными плечами.
— Я чувствую запах.
Она от отвращения сморщила нос.
— Имеешь в виду, что можешь, вроде как, учуять, когда у женщины месячные?
— Конечно, и овуляция.
Фу-у-ух. Ей не нужно было произносить это слово вслух, но он, очевидно, мог сказать, о чём она думала.
— Перевёртыши — наполовину животные; мы стремимся спариваться и производить потомство. Нам нужно знать, когда самки плодовиты.
«Это жутковато».
— Итак, когда ты впервые встретили меня, ты автоматически проверял, фертильна ли я?
Он странно посмотрел на неё.
— Нет.
О нет. Она не могла не задать следующие вопросы. Она не хотела их спрашивать, но они всё равно вылетели.
— Итак, как перевёртышу, тебе важно иметь детей? Это то, что тебе когда-нибудь понадобится?
Ганнер смотрел на неё несколько секунд, и ей захотелось вжаться в его огромный диван.
— Послушай, беседа становится немного напряжённой, почему бы нам просто не выбрать фильм и не отложить этот разговор на будущее?
Эрин почти рухнула от облегчения. Она не хотела думать о младенцах. Она знала Ганнера всего пару недель.
— Хорошо.
— К чему ты настроена?
Ганнер пролистал множество заголовков, забыв о неловкости.
— У меня есть боевики, комедии и ещё несколько боевиков.
Она озорно улыбнулась и скрестила под себя ноги.
— Ну и дела, исходя из этого, полагаю, мне придётся выбрать боевик.
— О, детка, дразнить меня — плохая идея.
— Хм-м-м, я готова рискнуть, — проворковала она.
Он усмехнулся ей.
— Итак, у нас есть «Крепкий орешек», «Правдивая ложь», «Идентификация Борна», «Неудержимые»…
Она сморщила нос на предложения, и он продолжил искать.
— Эй, подожди секунду, я думаю, у меня есть ещё кое-какая пара нераспечатанных дисков, которые моя невестка купила мне на Рождество.
Он потянулся к задней части полки и вытащил два диска.
— Хорошо, да, у меня есть «Охотники за привидениями» и «Парк Юрского периода». Что скажешь?
Эрин постучала по губам, делая вид, что думает, прежде чем смертельно серьёзная, сказала:
— Кому ты собираешься позвонить?
Он покачал головой и усмехнулся.
— Охотникам за привидениями.
Ганнер запустил DVD.
— Я собираюсь заказать пиццу, что бы ты хотела в начинке?
— Я не настолько голодна.
Выражение его лица на несколько секунд потемнело, прежде чем он приподнял бровь, глядя на неё.
— Ты почти ничего не ела за весь день. Тебе понадобятся силы на сегодня.
— О, у меня есть планы на вечер? Я так устала, что могу просто заснуть, смотря фильм.
Разочарованное выражение его лица было абсолютно бесценным, и Эрин просто не могла сдержать своего веселья. Она рассмеялась, прежде чем уткнуться лицом в подушку.
Ганнер издал игривый рёв и, ныряя через комнату, перевернул Эрин на спину и начал её щекотать, вызывая истерические крики.
— Я предупреждал тебя, чтобы ты не дразнила меня, — промурлыкал он, легко управляя её дрожащими конечностями.
— Прости! Прости! — она задохнулась между визгом.
Он внезапно остановился и строго посмотрел на неё.
— Обещаешь никогда больше не дразнить меня?
Эрин надулась.
— О, я не думаю, что могу обещать это. Как насчёт того, чтобы я пообещала не дразнить тебя следующие двадцать минут?
Ганнер, казалось, задумался об этом на несколько мгновений, прежде чем прорычать «не пойдёт» и возобновил щекочущую пытку.
Она вытерпела столько, сколько могла, прежде чем ей пришлось признать поражение. В конце концов, она всего лишь человек!
— Хорошо, я сдаюсь! Сдаюсь! Обещаю никогда больше не дразнить тебя.
Его руки замедлились, пока он не стал просто тереть её живот и бедра. Когда её озорная сторона успокоилась, похотливая сторона села и потянулась, более чем готовая к небольшому действию. Эрин погладила мужские руки, гадая, как сформулировать то, что она хотела, чтобы он с ней сделал.
Раньше она никогда не просила секса. Самое близкое, что она могла сделать, это признать, что прошлой ночью она хотела быть с Ганнером. По её опыту, мужчины неоднократно просили её заняться с ними сексом, пока она не сдавалась, и несколько неохотно позволяла им.
С Ганнером всё было иначе. Это не было похоже на секс между ними, это было похоже на соединение сердец, умов и тел. Просто сказать: «пожалуйста, трахни меня» показалось немного грубым. Это должно было быть более нежным, более романтичным, более… «Куда он, чёрт возьми, собрался?»