— Что?
Исида вытащила из сумочки пистолет и протянула ему. Он испытующе посмотрел на неё, и она кивнула.
— Ага, неуклюжая, маленькая Эрин пролила горячий шоколад на сумочку, вытащила всё содержимое и затем сумела оставить пистолет на полу кафе. К счастью, я была там, чтобы смягчить ситуацию, когда менеджер его обнаружил. Ну, я думаю, это был бы конец карьеры, не так ли?
«Блядь. Это плохо». Потерять пистолет и оставить его в общественном месте было очень, очень плохо. За это её отстранят и, скорее всего, уволят или переведут на самый худший из имеющихся у них отделений АСР. Скорее всего, на северную Аляску, где единственное, что можно делать, — это сосредоточиться на том, чтобы не потерять пальцы ног из-за обморожений.
Его медведь двинулся вперёд, обнажив когти, и зарычал на Ганнера, чтобы он что-то сделал. Что-то злобное для тигрицы показалось хорошим вариантом.
— Что ты собираешься делать? — выпалил он.
— Это зависит от того сможешь ли заставить её попросить о переводе, а затем попросить меня присоединиться к твоей команде — тогда ничего.
Невероятно. Она недовольно поджала губы и слегка зарычала, когда он издал глухой смешок.
— Ты меня шантажируешь?
— Подумай об этом как о мотивации, — снисходительно объяснила она. — Я вижу, что она тебе нравится; готова поспорить, она младшая сестра, которой у тебя никогда не было.
Ганнер чуть не подавился. Чувства, которые он испытывал к ней, и то, что он с ней делал, вряд ли можно было назвать братскими.
— Так что, если она тебе нравится, заставь её сделать это. Не стоит на этом заканчивать карьеру. То есть, не очень многообещающую, но я почти уверена, что она не хочет, чтобы её уволили из-за этого.
Он смотрел на Исиду прищуренными глазами, когда открылся лифт, и она запрыгнула внутрь; его конечности дрожали, когда его медведь боролся за то, чтобы его освободили.
Она нажала кнопку вестибюля.
— Дай мне знать, что решишь.
Исида послала ему воздушный поцелуй и помахала пальцем, когда двери закрылись.
— Ганнер?
Чёрт. Он засунул её пистолет за пояс джинсов, стянул рубашку, чтобы прикрыть его, и улыбнулся своей самой невинной улыбкой.
— Готова идти, детка?
Эрин нахмурилась.
— Это была Исида?
— Да, пошли, — нетерпеливо сказал он.
— Что происходит? Мы идём в бар?
— Нет, нам нужно сделать то, что я хотел сделать с того момента, как впервые увидел твою квартиру.
— А? — выдохнула она. — Звучит захватывающе.
— Что? — рявкнул Том «молоток» Мёрфи в трубку.
— Тебе лучше? — спросил фамильярно высокомерный голос.
Том усмехнулся.
— Что ты хочешь? Ты получил деньги.
— А ты новое, ошеломляющее, незаконно полученное сердце, так что ты, возможно, захочешь пересмотреть своё отношение. Честная сделка.
— Честная?! — пробормотал Том.
— Более чем, если только ты не предпочитаешь быть подключённым к аппарату искусственного дыхания. Потому что, если хочешь, это можно устроить.
Том стиснул зубы от холодного, чёрствого тона, который звучал в его адрес.
— Что ты хочешь? — прошипел он.
— Было найдено тело перевёртыша, который щедро пожертвовал тебе своё сердце. АСР проводит расследование.
Он почувствовал прилив презрения.
— И? Какого хрена я должен волноваться?
— И, я предполагаю, что ты не захочешь, чтобы АСР стучалось в твою дверь, и чтобы они конфисковали это прекрасное новое сердце? В конце концов, это свидетельство преступления. Так что держи рот на замке и не высовывайся. Большинство людей уже думают, что ты мёртв, так что ради своего здоровья пусть так и остаётся. Понятно? Хорошо.
Том недоверчиво уставился на телефон, когда этот ублюдок повесил трубку. Снова. Он снова повесил трубку? Кем, чёрт возьми, этот парень себя возомнил? Этот засранец не уважает его. Что о себе думает это ничтожество? Том ставил таких сученков на место ещё до того, как он родился!
Нет, это уже слишком.
Том задумчиво потёр грудь. У него было новое сердце, и он был здоровее, чем когда-либо. У него было то, что он хотел, и теперь этому парню нужно преподать урок.
Глава 13
Эрин вздохнула, когда тёплая вода хлынула на её ноющие конечности. Она ни за что бы не призналась в этом вслух, но после нескольких последних ночей с Ганнером она чувствовала себя немного разбитой и уставшей. Она не могла вспомнить, когда в последний раз делала так много упражнений! Но если бы другие упражнения были наполовину такими приятными, она бы уже пробовала участвовать в Олимпийских играх!