Он согласился сжать плечо Эрин.
— Увидимся позже.
Закусочная была довольно неряшливой и называлась «Бурый медведь», потому что ею руководил бурый медведь. Он оказался популярным, потому что подавал алкоголь.
Каттер и Ганнер сидели снаружи, наблюдая за закусочной издали.
— Как думаешь, у них есть камеры видеонаблюдения? — спросил Ганнер.
Волк-перевёртыш фыркнул.
— Сомневаюсь, я не могу представить, чтобы кому-то понадобились видео-доказательство того, что там происходит.
Ганнер согласно хмыкнул и осмотрел окружающие здания. В основном это были ветхие многоквартирные дома, и вряд ли в них была охрана. Они не решались идти в закусочную. Хотя их двоих вряд ли можно назвать самыми цивилизованными перевёртышами, их сразу признают копами. Они не хотели рисковать, что того, кто сделал наводку, на самом деле известили, что они его ищут.
Вместо этого он прослушал запись вслух. Джесси отправила аудиофайл на его телефон. Это был грубый голос, и было ясно, что говорящий пытался сделать акцент, чтобы скрыть свой голос. К сожалению, никто в мире не говорил с таким акцентом, так что это только делало его более заметным. Это также указывало им на то, что говорящий думает, что они могли бы узнать его голос, если бы услышали его.
— Я слышал этот голос раньше, — сказал Каттер.
— Я тоже, — добавил Ганнер. — Я слышал его, но не допрашивал и не арестовывал.
Они проиграли запись ещё несколько раз, наблюдая за входом в закусочную, прежде чем им повезло.
Ганнер резко поднял челюсть в направлении двери закусочной.
— Смотри.
Каттер зарычал, увидев человека, о котором идёт речь. Это был Альфи Морхаус, марионетка номер один Тома «молотка» Мёрфи — одного из самых мерзких существ, когда-либо ступавших в Лос-Лобос. Он дал всем перевёртышам плохую репутацию.
— Это голос Альфи, — пробормотал Каттер, недоверчиво покачивая головой.
Ганнер согласно кивнул.
— Мы должны были узнать его.
Они смотрели, как громадное тело Альфи неуклюже ввалилось в закусочную. Этого человека нельзя было назвать изящным, но, будучи слоном-перевёртышем, он был чертовски крутым. Вдобавок к тому факту, что у него не было морали и склонность к причинению боли, если вы видели, как он атакует вас, вы быстро убирались с дороги.
— Давно не видел его, — задумчиво произнёс Ганнер.
Каттер многозначительно посмотрел на него.
— С тех пор, как исчез Мёрфи.
Около года назад кто-то нанял киллера, чтобы тот преследовал Тома. Не просто наёмный убийца, наёмный вампир. Тот, кто нанял его, должно быть, заплатил целое состояние, потому что он работал недёшево. Было решительно высказано предположение, что после долгих лет страданий собственная дочь Тома отказалась от отца и наняла его. Подробности случившегося были нечёткими, все отчёты говорили о том, что киллер сумел нанести удар Тому в сердце серебряным ножом, а затем Том оторвал ему голову. С тех пор Тома не видели, и, учитывая, что серебро смертельно опасно для перевёртышей, многие считали, что Том мёртв.
Конечно, если бы Том сумел выкарабкаться, его сердце было бы невозможно восстановить естественными способностями к исцелению, и ему понадобилось бы новое. А Том случайно оказался перевёртышем-бегемотом.
Они с нетерпением наблюдали, как Альфи вышел из закусочной, неся три больших коричневых мешка, предположительно заполненных жирной пищей. Он запрыгнул во внедорожник и двинулся в путь.
Ганнер завёл двигатель.
— Поехали, узнаем, что задумал Альфи.
Он последовал за ним на осторожном расстоянии, стараясь не спугнуть перевёртыша слона, который, казалось, ехал немного хаотично. Ганнер покачал головой; всё, что он делал, — это привлекал к себе больше внимания. Не слишком умный парень…
Каттер скрестил руки и нетерпеливо постучал ногой. Волк-перевёртыш не любил быть пассажиром; он любил водить машину. Как и Ганнер. У них обоих был засранный альфа-ген, и, хотя в целом они справлялись, потребность в контроле, потребность быть ответственными всегда была. Это просто означало, что они становились ворчливыми и сердились из-за мелочей. Ганнер почувствовал удовлетворение и успокоил своего зверя, возглавив свою команду; он не слишком понимал, как Каттеру удавалось умиротворять своего воющего волка. Он сомневался, что поймает Каттера на занятиях йогой...