Ганнер был на удивление тихим, пока не заехал на стоянку АСР. Он заглушил двигатель и повернулся к ней, прищурившись.
— Откуда ты знаешь эти подробности обо мне и Исиде? Я никому этого не рассказывал.
— Эмм-м…
Эрин закусила губу и отчаянно хотела, чтобы она была невидимой.
Что ж, она была так смущена в тот момент, что была вероятность, что она просто загорится. Ей оставалось только надеяться.
— Всё это тебе рассказывала Исида? — его голос стал совершенно холодным.
Эрин закрыла лицо руками.
— Нет, я видела вас двоих вместе, когда Исида натолкнулась на меня в кофейне.
— Видение? — медленно повторил Ганнер.
— Больше похоже на нарезку, — приглушённо объяснила она, не желая видеть его лицо в этот момент. Разве это не плохо, что он и Исида вместе навсегда останутся с ней? — Воспоминания, должно быть, были близки к поверхности, когда она коснулась меня.
— Эрин, чёрт возьми, извини.
Она с удивлением подняла глаза и увидела боль на его лице. Ладно, это не тот ответ, которого она ожидала.
— Несколько минут назад ты говорил мне, что я должна забыть твоё прошлое, а теперь извиняешься. Боже, ты даже не можешь винить ПМС в перепадах настроения.
Ганнер взял обе её руки в свои и потёр большими пальцами её костяшки. Он попытался скривить лицо в улыбке, но безуспешно. Его рот выглядел так, словно его тянули на резинках.
— Знать, моё прошлое — это одно, а видеть его — другое. Я бы не справился, если бы мне пришлось… если бы я мог увидеть другого мужчину… — Ганнер с трудом сглотнул, — прикоснувшегося к тебе. Ненавижу, что у тебя есть видения. Я ненавижу всё, что тебе приходится видеть, и, чёрт возьми, я действительно хотел бы, чтобы ты этого не видела.
Эрин перелезла и села к нему на колени, ненадолго прижав свою задницу к гудку. Она хихикнула, когда громкий гудок снял напряжение, которое возникло в его твёрдом теле.
— Я видела и похуже. Хотя, только...
Она взвизгнула, когда он ущипнул её ягодицу.
— Но я думаю, что Исида сделала это специально. Думаю, она сознательно думала об этом, а потом наткнулась на меня. Я не знаю почему, возможно, она знает о нас.
— Черт! — проревел Ганнер, дёргая её тело.
— Ой! Прямо мне в ухо! — проворчала Эрин.
— Прости, детка, — промурлыкал он, слегка покачивая её телом. — Но я думаю, что знаю, почему она это сделала. Она хотела разозлить тебя.
— Но зачем?
Ганнер не ответил, и она похлопала его по руке.
— Чтобы украсть твой пистолет.
Ужас Эрин усилился, когда он рассказал ей о том, что Исида нашла его, а затем попыталась шантажировать.
— Блинский блин, я даже не догадалась. Сегодня утром мой пистолет был в моей сумке.
— Я положил его обратно.
Эрин попыталась слезть с его колен, но Ганнер вцепился в неё.
— Почему ты не сказал мне, когда это произошло? — проворчала она.
Ганнер фыркнул и посмотрел на неё, как на сумасшедшую.
— И расстроить тебя перед тем, как мы вчера занялись сексом? Ты шутишь, что ли? Я не такой тупой.
Эрин проигнорировала это и сосредоточилась на том, что для неё значила ситуация. Её уволят; она была в этом уверена. Агентство не могло мириться с таким количеством косяков, и она выполнила свою норму.
— О, это действительно плохо.
— Я разберусь с этим. Я собираюсь поговорить с Исидой.
— Это должна сделать я…
— Нет, не надо, держись от неё подальше, она неразумная, — твёрдо сказал он ей.
— Так как ты собираешься её урезонить?
Его лицо ожесточилось.
— Никак, я собираюсь угрожать ей.
— Ганнер! Ты не можешь этого сделать!
«Он не может быть серьёзным!»
— Ей нужно отступить. Слушай, я разберусь с этим, — конец обсуждения.
Пару часов спустя Эрин сидела возле дома Исиды. Да, каким бы ужасным ни был план Ганнера, чтобы заставить Исиду оставить её в покое, Эрин решила взять дело в свои руки.
Уговорив Джесси дать ей адрес Исиды, она взяла машину Ганнера — которую он настоял, чтобы она использовала, несмотря на её многочисленные возражения, — и решила поехать к Исиде и подождать её. Она действительно не хотела разговаривать с ней в офисе.
Эрин повезло. Она ждала всего десять минут, когда увидела, что Исида подъехала к парковке позади неё. Она смотрела в зеркало, как Исида вышла и пару секунд смотрела на машину Ганнера.
Блин, она должно быть узнала её. Ну, здесь ничего не происходит.