Эрин улыбнулась в ответ и села, пытаясь забыть пистолет, который спрятала в сумочке. Её стол в Плайя-Лунар был вдвое больше, но, с другой стороны, ей в действительности не разрешали покидать его. Теперь она редко будет здесь. Она думала о словах Фрэн, убирая свой старый стол: «Можешь вернуться сюда в любое время». — Утешающие и нервозные. Фрэн ожидала, что она проиграет. Что ж, Эрин не собиралась. Надеялась, что не вернётся.
— Все мы, салаги, получили кабинки, а руководители групп — офисы.
Эйвери кивнула в сторону ряда дверей. Судя по тому, насколько близко стояли двери, не очень большие кабинеты. Нет, тебе нужно дойти до уровня Директора, прежде чем ты получишь что-нибудь удобное. Она серьёзно сомневалась, что такое когда-либо случится в её будущем, хотя не хотела этого. Она не была очень амбициозной. Может, это прозвучало глупо, но она просто хотела помогать людям.
— БПБ находится в конце офиса.
Эрин подняла брови.
— БПБ?
Эйвери ухмыльнулась, снова обнажив пугающее количество зубов.
— Большой плохой босс.
— О. — Она не была уверена, что ей понравилось, как это звучит.
Чтобы отвлечься, Эрин вытащила потрёпанного и поношенного плюшевого кота. Он был совсем маленьким, размером с её ладонь, но она получила его на детском обеде «Привет, Солнышко», когда ей было четыре года, и ему нашлось место в её сердце. Она считала его своим талисманом, хотя в её жизни были периоды, которые нельзя было назвать удачными. «Но», — возразила она, — «они всегда могли быть намного хуже».
Эйвери встала и посмотрела поверх кабинки, на её прекрасном лице плясало веселье. О, Эрин не привыкла ревновать других женщин из-за их внешности; в общем, она не замечала таких вещей, но Эйвери была отвратительно привлекательной, и это её беспокоило. Когда они гуляли по зданию, Эрин могла быть невидимой рядом с подобными богине чарами Эйвери. Но Эрин подозревала, что это также могло быть связано с тем, что она была человеком. Она знала, что некоторые перевёртыши и ведьмы спаривались с людьми, но большинство придерживалось сверхъестественных существ.
— Милая кошечка, — ухмыльнулась Эйвери, — но я сомневаюсь, что БПБ одобрит. Ему даже не нравится, когда у нас на столе стоят семейные фотографии; он говорит, что это нас отвлекает.
Эрин почувствовала вспышку раздражения на этого Большого Плохого Босса, или как его там звали. Ради бога, людям разрешалось иметь семейные фотографии.
— Ну, это не вредит никому, так что ему придётся пережить это, — чопорно сказала Эрин.
Произнеся это, она чуть не зажала рот рукой. Откуда это, черт возьми, взялось?
Эйвери усмехнулась.
— Не могу с этим согласиться.
Эрин покраснела и решила сменить тему.
— Итак, э-э, когда я встречусь с остальной командой и… э-э, БПБ?
Что-то промелькнуло на лице Эйвери, но это произошло слишком быстро, и Эрин не смогла это определить. Может быть, беспокойство.
— Скоро, БПБ с Директором наверху, ты не слышишь? — Эйвери преувеличенно прикрыла ухо.
— Что слышу? — прошептала Эрин, закатывая глаза и представляя кабинет Директора.
Эрин нахмурилась; раздался лёгкий, спорадический стук.
Эйвери кивнула.
— Ага, это он.
— Что они делают? Играют в ракетбол?
Блондинка-перевёртыш засмеялась, и ей даже пришлось вытереть глаза.
— Нет, БПБ стучит кулаками и топает ногами, из-за того, что ты в команде.
Эрин почувствовала, как кровь стекает с лица.
— Я?
— Да, БПБ не хочет, чтобы в команде был человек, и он делает последнюю попытку заставить Директора изменить своё мнение. Удачи ему. Директор не собирается изменять решение.
— Ой. — Эрин посмотрела себе под ноги. Привет, супер-обувь — сейчас в тебе не комфортно!
Эйвери вздохнула и подошла к своей стороне кабинки. Она присела своей изящной фигурой на край стола.
— Эй, я сказала тебе, не чтобы насолить, я уведомила тебя, чтобы ты знала, с чем имеешь дело. Остальные члены команды тоже не будут стремиться стать твоими лучшими друзьями, но они это преодолеют. Независимо от того, кто получил бы эту работу, БПБ нашёл бы против них возражения. И, эй, ты мне нравишься.
Эйвери игриво ударила её по плечу, и Эрин заставила себя не вскрикнуть. Игривость перевёртышей была болезненной для маленьких человеческих женщин.
Почувствовав прилив дружелюбия к блондинке-перевёртышу, Эрин тоже почувствовала храбрость.