Её глаза резко открылись, и она обняла себя. Ганнер провёл руками по волосам, пытаясь подавить испуганное выражение лица. Почему-то она сомневалась, что он когда-нибудь привыкнет к её видениям. У них будут непростые отношения, но она сомневалась, что он готовится смотать удочки.
Эрин покачала головой. Видение, которое у неё было, было бесполезным — или, по крайней мере, для их дела. Она сосредоточивалась ещё десять минут, пытаясь ухватиться за другое видение, хорошо зная о беспокойном Ганнере. Но она ничего не получила. Пшик. Ничего. Дырка от бублика.
Ганнер склонил голову к двери, и она молча согласилась. Доктор смотрел, как они уходят, ещё более встревоженный, чем раньше. Ну, во всяком случае, может быть, их странные действия заставят его что-то сказать.
Как только они вышли из комнаты, Эрин извинилась и начала щипать кожу на руке.
— Извини, ничего о парне, которого мы ищем, но я видела, как он убивал свою жену — это было некрасиво, может, я могу попробовать ещё раз…
Ганнер поймал её руку и нахмурился, глядя на покрасневшую кожу, прежде чем поднести её к губам.
— Детка, всё в порядке. Почему ты так поступаешь со своей рукой?
Эрин засмеялась, она даже не осознавала, что делала это.
— Это просто механизм, позволяющий мне справиться с тревогой. Раньше я обматывала запястья резиновыми лентами и щелкала ими всякий раз, когда чувствовала себя подавленно. Это менее болезненно.
— Если чувствуешь себя подавленно, ударь меня по плечу — удары кулаками очень слабые.
Она сморщила нос.
— Это не больно?
Ганнер гордо снисходительно улыбнулся ей.
— Ты не причинишь мне вреда.
О боже.
— Не тебе, высокомерный ты человек, я имела в виду себя. Я легко могу сломать несколько костей, пытаясь поразить твои твёрдые мышцы.
— Хм-м-м, хорошее замечание. Попробуй ударить Каттера, он не так хорош, как я.
Эрин провела свободной рукой по пряжке ремня.
— Как насчёт того, чтобы каждый раз, когда я беспокоюсь, вместо этого целовала тебя?
Ганнер поцеловал её ладонь.
— Звучит как план. А пока я поговорю с представителями АСР Нью-Йорка и узнаю, что они хотят сделать. Я чувствую себя щедрым, если они хотят его, они могут его забрать.
— Я видела, куда он положил орудие убийства — топор, — вздрогнула Эрин, — на стройплощадке. Он бросил его в высыхающий бетон. Я могу описать здания, и, может быть, они смогут его найти.
— Я дам им знать. Между прочим, ты потрясающая.
Она покраснела, но ей было приятно услышать это. Ганнер всё время использовал слово «потрясающая», чтобы описать её, и ей это нравилось. Это произвело такой переход от: странной, чудачки, безумной и сумасшедшей.
— Ты должен так говорить, потому что ты мой парень.
— Нет, я должен говорить так, потому что это правда.
Эрин надула губы.
— Подлиза (прим. перев.: в оригинале героиня сказала «Kiss ass», что буквально переводится, как «целовать зад», отсюда и дальнейший разговор).
Он наклонился и прошептал ей на ухо.
— Ты издеваешься, но я, кажется, припоминаю, что тебе действительно понравилась та ночь.
— Не смешно! — Эрин игриво отругала его, когда её щеки загорелись ярко-красным.
— Слушай, я собираюсь поговорить с Нью-Йорком, держись подальше от неприятностей.
— Я пойду посмотрю, смогу ли помочь Джесси.
Ганнер одобрительно кивнул, прежде чем поцеловал её руку ещё раз и ушёл. Глядя на его задницу в течение нескольких секунд — это было действительно впечатляюще — она переминалась с ноги на ногу.
Хорошо, она могла пойти и посмотреть, нужна ли Джесси какая-нибудь помощь, но по опыту знала, что Джесси просто расстроится из-за того, как медленно Эрин работает с компьютером. Когда белка работала, у неё было туннельное зрение, и все, кто пытался вмешиваться в её работу, не были для неё приятным отвлечением.
С другой стороны, она действительно могла попытаться принести пользу и использовать одну из возможностей, благодаря которым она действительно попала в эту команду. Хотя Эрин ничего не получила от врача, а вещи их жертв не принесли ничего полезного, оставалась последняя возможность, по которой она могла свернуть. Ага, пора пощупать труп.
Тело Джеймса Сильвера всё ещё находилось в их морге. Она может спуститься и посмотреть, есть ли у неё что-нибудь полезное. Она чувствовала некоторое беспокойство по поводу своего плана действий, поскольку знала, что Ганнер был против. Но, нравится ему это или нет, будут моменты, когда ей придётся делать то, что он находит отталкивающим. Так и есть. Эрин знала, что её способности пугают его, но он был достаточно силён, чтобы справиться с этим.