К счастью, золоту хватило места с запасом. Мы там же разместили камни, самородки, картины и остальные ценности. Я мог даже не задумываться о том, зачарованы они или нет: пары алкоголя всё уничтожат через сутки. Безопасность практически идеальная. Естественно, все амулеты, кольца, висюльки и прочие украшения я проверял самолично на предмет магии: нашлось лишь несколько амулетов и колец, но все они казались просто полезными штучками для переговоров, удачи и боя. Ничего опасного в них не было. Проверка заняла много времени. Я как раз заканчивал проверять последнюю шкатулку с необычными нефритовыми серёжками, которые просто кипели от неприязни к месту, куда их принесли. Они издавали лёгкий голос, который отчётливо шептал мне на ухо, что это скверное место и что тут нельзя колдовать. Я даже улыбнулся, что Роксфорд имел такие хорошие индикаторы в своём распоряжении и не пользовался ими. Что сказать: если не любишь цитрусы - ты выкинешь самый сладкий мандарин, кривясь как от грейпфрута. Я положил серёжки в ящичек и закрыл его, когда услышал шаги по граниту. Это был Эскадрио. С недовольным лицом и брезгливостью он что-то нёс в мешке.
- Гит, смотри, что тут нашлось у Рокса. - Он открыл мешок и протянул его мне.
Я просунул руку и вытащил на свет факела, торчащего из стены, небольшую куколку, обвязанную красной ниткой. У меня напряглись челюсти: это крайне плохой знак. Кукла - не заготовка, а уже полноценный инструмент, повязанный на человеке. Возможно, это оставшиеся женщины, а может, и ещё кто-то. Я поднял глаза на Эска.
- Хорошо, что принёс. Это не просто куклы.
- Я так и понял. Не знаю почему, но мне стало не по себе. Они хранились в малахитовой шкатулке. Вот она. - Он достал её. - Неплохая, оббита шёлком. Наверное, это были важные куклы.
- Да, это так. Подержи мешок. - Я бросил куклу обратно в него и подошёл к распечатанной бочке, чтобы наполнить полупустую флягу. Затем вернулся к Эску и жестом позвал с собой наверх. Он со шкатулкой и мешком поднялся вслед за мной, сохраняя суровое молчание. Не ломая его, мы вышли за дом, где я видел удобный клочок земли, выделенный, видимо, для полевых работ или под рассаду. Сапогом сделал углубление и повернулся к командору.
- Ставь мешок туда и принеси огонь. Нужно уничтожить куклы, чтобы они больше не связывали людей. - Эск подчинился, а я вылил всё содержимое в мешок, не забыв бросить туда и красивую шкатулку.
Командор смутился, не решаясь идти.
- Гит, а ты уверен? Это не принесёт проблемы? - Он даже не стеснялся своего страха, что было не типично для него. Возможно, это потому, что мы были одни.
- Это необходимо. Я снял заклятие с кукол, и они больше не навредят никому. Мы сожжём мешок, и тогда связь с куклами пропадёт насовсем.
По крайней мере, я так думал. Неизвестно, вдруг кто-то умрёт благодаря этому. Мне просто не хотелось рисковать. Прежде чем жечь, необходимо разрывать связь, а то может быть и так, что вместе с куклой сгорит и её жертва. Это мне ни к чему.
Эск ушёл, а я тщательнее залил куклы и шкатулку самогоном. Ушло немало, но иначе нельзя. Я даже зарычал от такого расточительства. Надеюсь, Роксфорд сломает себе ногу, где бы он ни был.
Командор вернулся с факелом из подвала и передал его мне.
- А шкатулка? Камни и золото не горят.
- Закопаю тут. Лучше их не использовать. Вдруг прокляты. А у меня это бесполезно. - Я с уверенностью взял огонь и подпалил мешок у днища. Огонь медленно начал ползти, а потом вспыхнул, как пороховая бочка. Пламя быстро приняло синий цвет, сжигая всё внутри мешка и отдавая много жара. Я даже отошёл от костра, не желая потерять брови. Эск наконец-то расслабил мышцы. Его не на шутку перепугали эти куколки.
- Конец адмирала, да, Гит? - Эск поднял глаза и посмотрел вдаль. Я проследил за его взглядом и увидел, как загорелся дом Роксфорда. Тихо, без взрывов и шума. Просто всё полыхало, как факел в ночи. Частично дом был из камня, и его растащат, если что уцелеет, на ремонтные материалы. Мы пока не знали, что будет на месте этого проклятого дома, но по крайней мере там больше не будет лицемерного угнетателя пиратов.
Примечания
Перекрёсток миров - место, где встречаются мир мёртвых и мир живых, в тёмное время суток духи становятся сильнее в разы. Является своего рода местом встречи и силы жизни со смертью.
Козодой (ночная ласточка) - в некоторых поверьях - вестник смерти.
Глава 18
Несколько недель мы занимались довольно обыденными делами: проконтролировать распределение денег, убедиться, что капитаны выплачивают необходимую долю, и то, что торговые пути не нарушены. Эскадрио занимался переговорами с капитанами, так как из всех нас его уважали и боялись не только за опыт и понимание жизни пирата, но и из-за размеров: из всех оставшихся командоров Эск внушал больше страха, просто появляясь на переговорах. А когда капитаны узнали, что именно он вёл людей в ближний бой во время штурма, испанец стал легендарным, которого не брали пули, не резали ножи и не пугал даже сам морской дьявол. Это всё было нам на руку.