Это меня осадили. Конечно, хотелось ещё покричать на командора, но он был прав. Если я его слишком разозлю, он может не дать зелье, и тогда неизвестно, что будет с пиратами, а уж мне наверняка будет плохо. Я медленно сел на диван, а командор неспешно направился в коридор. Наверняка пошёл за зельем. Я глубоко вздохнул. Не представляю, как моя учительница на это среагирует. Она женщина очень сложная, и если ей что-то не нравится, приходится туго. Может побить или заставит выполнять все домашние дела за неё, включая обслуживание нескольких её престарелых родственников, которые всё никак не собирались умирать. Пару раз мне уже приходилось ухаживать за ними, когда не получалось своевременно приготовить простейшее, как считала наставница, зелье, и это было крайне неприятно. Капризные, ноющие, требующие и с таким скверным нравом, как будто весь мир им задолжал. Даже если бы им прислуживали лоа, старики не сменили бы своего дурного нрава.
Пока я вспоминал, как неприятно будет возвращаться домой, вернулся командор с необходимым зельем. Полупрозрачная жидкость с лёгкой дымкой не могла никак всплыть в моей памяти. Ведь точно не было такого раствора среди тех, которые он сунул мне в руки перед отправкой. Я посмотрел зелье на свет.
- Цвет я поменял, чтобы никто ничего не заподозрил. Обычно зелье имеет зелёный цвет, но я это исправил. Папа не будет против, так как состав не изменился. - Командор подошёл к двери и открыл её. - Тебе пора. Не огорчи своего делового партнёра. Кто знает, вдруг он тебе сделает подарок за смелость.
Я положил склянку в сумку, которую командор положил под поручень дивана, пока я был без сознания и приходил в себя. Перебросив ремень через плечо, кивнув хозяину дома, покинул командора. Сегодня предстояла действительно весёлая ночь. Ритуал начнётся нескоро, поэтому времени много, но надо всё успеть. В первую очередь я направился к дому учительницы.
Приятно оказаться дома. Наш район вудуистов - наиболее спокойное место на Острове. Тут не ходят пираты, не ограбят ночью и можно прямо на улице заниматься любой магией и никто не скажет ни слова. Даже не будет никаких вопросов или замечаний. Конечно, наш район выглядел хуже, дома требовали ремонта, а мостовым не помешали бы доски или камни, но всё это выглядело лишь лёгкими недостатками. По крайней мере мы выбрасывали наш мусор в яму, а не расшвыривали по улицам. Даже неясно, будет ли такой хорошей идеей открыть районы, ведь тогда пираты будут и здесь, а значит, будет гадко. Конечно, появится возможность селиться в других местах, что снизит помехи при создании магических предметов, но ведь и пираты начнут появляться и воровать вещи наших колдунов. Оставалось лишь надеяться, что плюсы перемен перевесят неудобства от необычных соседей.
К тому же мне сейчас стоит беспокоиться вовсе не об этом. Зелье в сумке нужно вылить в чашу, но как это сделать? Подлить в чашу, пока брат не понесёт? А что будет, если он заметит? Поговорить с ним и рассказать всю ситуацию? Он мне может не поверить, и тогда всё будет плохо. Как я ему объясню, что пират смог загнать меня в мир мёртвых и дать столько зелий? От этих переживаний у меня начало сводить желудок и страшно захотелось поесть. Ведомый этим чувством, я направился к дому Сэнти. Она готовила самые вкусные пирожки из трав и рыбы. Сейчас как раз мне бы очень не помешало что-нибудь сытное и жирное, а Сэнти очень вкусно жарила свои блюда на ореховом масле. Однажды она даже пожарила ананас, и он был на удивление вкусным. Правда, она больше не делала его почему-то.
Её лачуга была наполовину сделана из камня, доходящего до пояса. Всё остальное представляли собой доски, вероятно, держащиеся за счёт камней у основания и подпорок изнутри. По крайней мере, крыша представляла собой глиняный скат, красиво оформленный соломой и узорами. Внутрь можно было зайти в любое время, если только на ручке не висела красная верёвка. Иногда Сэнти открывала окно, и можно было купить еду прямо на улице, но так происходило, только когда у неё было очень хорошее настроение. Деревянная дверь легко открылась и негромко скрипнула. Внутри кухарничала хозяйка дома. Она быстро посмотрела на меня и кивнула.
- Привет, Грейс. Тебе сколько? - Она никогда не спрашивала, что приготовить. Каждый знал, что здесь не ресторан, и ты будешь есть то, что тебе принесут.
- Пять. - Я принюхался, и улыбка сама поплыла по лицу. - Жареные пирожки с рыбой?
- Верно, нюхач. - Она хрипло хохотнула. - Ну, тогда садись, будешь жрать. Нравятся жареные пироги?