Тут меня пробил озноб. Я подобрал палку и со всей дури ткнул Аксент по ноге. Та вскрикнула, отвлекаясь на боль, а я грубо вырвал склянку командора из её рук. Грубо закрыв её, я забрал сумку и положил её внутрь. Только затем я осознал, что мне сейчас влетит. Но старуха смотрела на меня испуганными глазами. Она была абсолютно устрашена. Мне показалось, что за мной стоит демон, но за мной никого не было. Я снова повернулся к ней. Наставница указала на меня пальцем.
- Ты... ты... Ты был там. Демон! Как смог?! Ты же не готов! Что ты такое?! - Она кричала и дрожала. Я не нашёл ничего умнее, чем сбежать, пока у меня было преимущество. Рывком я добрался до двери и положил руку на косяк.
- Рикотано! - пароль для выхода.
Вслед мне кричал попугай:
- Ту-пица. Га-дёныш. - Ара раскачивался и посвистывал. А я лишь рванул дверь и выбежал быстрее пумы.
Спина горела, лицо горело. Флакончик с зельем полярности остался у учительницы. Пирожок тоже. Я почувствовал, как злость выходит через слёзы, которые сами побежали по лицу. Ноги понесли меня к пляжу.
За что она меня так? Почему она такая злая? Что я сделал не так? Что я должен был уяснить под этими ударами? Что теперь будет за это нападение? Теперь меня просто убьют. Будут бить, пока я не сдохну.
Я плакал, пряча лицо от знакомых. Если добежать до моря, то можно будет нырнуть в воду, и тогда никто не поймёт, что я плачу. Нельзя плакать. Я же мужчина. И уже не маленький. Нужно быть сильным. Да, больно получать удары палкой, но я сам виноват, что повёл себя как идиот и позволил напоить меня дурманящими зельями. Я сам виноват во всём произошедшем.
Больше никакие мысли не лезли в голову. Путешествие до моря заняло вечность, хотя, наверное, прошло всего пять минут. Мне хотелось умереть на месте, чтобы не чувствовать больше этой обиды и боли, которые сменяли друг друга. На пляже я оставил одежду, завернув в неё сумку и спрятав всё это под камнями. Как бы ни было больно, нельзя нарушить сделку с Папой Легбой. Я нырнул в воду. Солёная вода быстро омыла моё лицо и спину. Боль от соли пронзила до крика, но пока я был под водой, никто не мог услышать его. А я кричал. От боли, от обиды, от злости, от страха. Затем пришлось выплыть, чтобы вдохнуть воздух. Спину больно щипало. Видимо, старуха разбила мне кожу палкой. Вот бы сломать ей ногу и затолкать палку в её крикливое горло. Чтобы жестоко умирала и не смела больше орать на меня.
Вдохнув и выдохнув, я перевернулся на спину и просто лёг на воду, позволяя волнам качать меня. Это немного успокаивало и позволяло почувствовать себя немного лучше.
Что случилось со мной? Откуда эта внезапная сила, которая перечеркнула мою личность и помогла спастись? Что случилось в мире мёртвых? Лишь бы не стать одержимым злым духом. Тогда моим родным придётся убить меня, или я убью их, просто уснув. Может, не стоит пока спать? Или нужно поговорить с братом? Хируку же вудуист. Он мне поможет.
Но я был ещё не готов. Слёзы уже не лились так сильно, но спину, погружённую в воду, всё ещё жгло. Стоит поплавать ещё, прежде чем идти домой.
Примечания
Папа Легба - хранитель Перекрёстка.
Мама Бриджит - хранительница кладбищенских ворот, проводница к смерти, покровительница знахарей.
Глава 20
Гитиас Марсел
Когда Грейс перестал блевать, я обтёр его лицо и шею мокрой тряпкой, а после того как я оттащил его из комнаты вуду в гостевую спальню, появилось время убрать беспорядок, оставшийся после него. В обычном случае можно было бы просто вызвать матроса, чтобы он отмыл блевотину и прибрал комнату, но я никого не собираюсь пускать в рабочую комнату. Чем меньше тут будет посторонних, тем чище она для магии. Единственное, что я себе позволил, - отправить одного из часовых за ведром морской воды, а сам набрал ведро пресной воды из колодца, стоящего за домом. Следовало сначала всё вымыть морской водой, а затем смыть соль, дабы она не разъедала решётку. Часть воды из колодца я перелил в небольшую бадью, добавив соли и сахара. После сна парню нужно будет вернуть крепость организма. Я мог бы снова дать ему зелье, но такое издевательство над организмом - серьёзное испытание, которое не принесёт никакого полезного опыта. Тем более я и так прилично потратил свои настойки на парня, которого вижу первый день.
Часовой вернулся довольно быстро, благо до моря было не слишком далеко. Матрос был даже рад размять ноги, чем сторожить дом недалеко от отеля и кабаков, где расслаблялись наши богатые пленники. Благо ему оставалось недолго стоять: часовые сменялись каждые восемь часов. Мы выделили на охрану казны три группы пиратов, которые в ближайшее время не желали выходить в море. За каждого из них всё же отвечал капитан, поэтому кража золота вышла бы боком многим людям. К тому же меня банально боялись.