- Но-но. Я сильнее тебя, любого из твоих капитанов и даже сильнее любой морской твари, которая есть в этом мире или в том. Я дал по мордасам призраку так, что он подняться не мог!
Он поднял кулак в знак подтверждения своего превосходства. Я же молча выставил руку и ухватился за левый от меня край стола. Пират злобно улыбнулся и, поставив локоть на расстоянии от моего, взял мою руку. Мы сверили дистанции, и оба приготовились. На обоюдный счёт «три» мы начали давить на руки. Честно говоря, Эск оказался на удивление силён. Мы оба знали технику выкручивания кисти и как правильно держать руку, поэтому всё решала выносливость. Буквально через пару секунд Эскадрио начал мухлевать: мелко-мелко он начал разворачивать тело, давя уже не только рукой, но и торсом. Я не сдавался, заклинив свой сустав так, что нужно было бросить моё тело целиком вместе с рукой. Это дало время на то, чтобы измотать моего оппонента. Командор раскраснелся; недовольно глядя на меня, он выдохнул, продолжая давить.
- Вуду небось используешь, чертяга. - Пират начал преуспевать: боль начала появляться в моей кисти и мешать игре. Я выдохнул, проворачивая действительно трюк из вуду: перенести боль на потом, давая себе время на противодействие. Тем не менее виду не подал.
- Целюсь тебе ногой в колено, чтобы выиграть обманом, флигель ты.
Эск вернулся в ровное положение. Выиграть через обман - это можно, если противник явно мухлюет. Боль отступила, а усталость командора сыграла против него. Я немного наклонил его руку, пытаясь вывернуть сустав, после которого победа гарантирована, но опытный моряк и абордажник не сдавался.
- Хватит выкручивать, капитанчик. Я дольше тебя главный. - Он выпрямил наши руки. Что ни говори, а силой обделён он не был.
- Поэтому ты размяк. - Я принялся ритмично дышать, как рекомендовал армейский наставник по фехтованию. Ровное дыхание даёт выносливость, а частое - скорость и силу. Этим уже воспользовался пират.
- Что, выдохся, крыса сухопутная? - он задыхал коротко и часто. У меня начало сводить плечо. Я снова перенёс боль. Начала кружиться голова, но я впился в руку командора, как краб за водоросль, и не собирался проигрывать.
Неясно, сколько мы боролись, но абордажник всё-таки ударил моими костяшками о столешницу. Раздалось громкое «ха».
- Вот так тебе, Гитиас. Никого нет сильнее меня на всём Острове. Я тут самый сильный и умелый боец. - Он победно повертелся во все стороны. Эрмиды посмотрели на нас, как на детей, и снова вернулись к трапезе. Капитаны же смотрели на Эска и с лёгкой усмешкой глядели на меня. Кто-то из них уже передавал деньги, явно поставленные на кон. Эск снова повернулся ко мне:
- Неужели ты думал, что сможешь победить меня? Тебе нужен свежий воздух, устрицы на завтрак, чтобы мужскую силу поднять. Ну и перестань ты пить свою бурду. Вот если бы пил настоящий ром, а не свою херню, был бы хороший абордажник.
Он выждал паузу, смотря в мою улыбающуюся харю. После чего заржал:
- Естественно, после меня, китовый ус. - Испанец откинулся на спинку стула и загоготал.
Я остался сидеть с руками на столе, как принято у джентльменов. Рука налилась болью, которую я отложил. Пока не выпью вина и не поем, она не уляжется. Даже самогон пить бесполезно: нужен покой и еда, иначе всё не впрок. Удивительно, насколько важна победа некоторым. С другой стороны, сила была его основной гордостью. Повезло мне, что удалось продержаться так долго и не сломать себе руку. Конечно, бывали моменты, когда практически был на грани этого, но я тогда срывался с мачты или выпадал из вороньего гнезда. Эск тем временем утих.
- А ты заставил меня понервничать. Думал, сможешь пересилить. - Мой собеседниц пошёл на перемирие. Я его встретил с хитрой улыбкой.
- Не стану же я забирать у тебя чемпионство в силе. Без неё ты сам не свой.
Это прозвучало так, как я и хотел: грубо, но вежливо. Эскадрио посерьёзнел, получая дозу сомнения: а не поддался ли я ему. Но самолюбие и вино победили.
- Конечно, нет, Гит. Ты хорош в вуду. Я хорош в бою. И поэтому мы отличные командоры. - Он мягко ткнул меня кулаком в здоровое плечо. Я кивнул, а тем временем девушка уже принесла бутылки и еду.
За едой мы отключились друг от друга и занялись чревоугодием. И это было хорошо - сочная отбивная практически таяла во рту, Повар профессионально приготовил её как будто в меду. Он был местным поваромнанятым из Франции. Не все могли переварить английскую кухню, поэтому патриотами быть не получилось. Но что было действительно уникальным - соусы. Французы говорят: «Ты можешь отказаться от мяса, но не от соуса», и это правильно. Соус в блюде придавал краски, которых нет в мясе или специях. Он давал тон, и сейчас свинина ощущалась сытным кусочком пирога, прожаренного до хрустящей корочки. А поданная с капустой, она становилась ещё вкуснее. Овощ хрустел, как будто был тоже прожарен, но это не так. Свежая и сырая капуста приятно дополняла свинину. Я налил себе вина. Белое молодое вино хорошо доводило вкус. Видимо, девушка сказала о моём заказе, и повар умело сочетал соус с мясом, ведь обычно белое вино берут под рыбу. Вот только это всё чушь, если повар настолько хорош, чтобы суметь сочетать несочетаемое.