Пока баркасы подбирались к главному кораблю с намерением взять наглеца на абордаж, тот уже успел перезарядить пушки. Когда первые абордажные крюки ударили в борта линкора, раздались выстрелы со всех сторон гиганта. Не все пираты успели укрыться в трюмах: над океаном разлетелись щепки, снаряды, фрагменты пушек, ткань парусов и человеческие части тел. Со стороны было очень тяжело установить ущерб, но пропаханная ядрами палуба ближайшего корабля выглядела красноречиво. Через какое-то время видимость серьёзно ухудшилась: два сильных залпа, несколько мелких и бардак в пылу боя - всё способствовало ухудшению видимости.
Я повернулся к вудуистам, которые за всё это время ни на секунду не взглянули на бой. Они сидели друг напротив друга внутри начерченного прямо на палубе круга и держали по куколке в каждой руке. С закрытыми глазами они что-то тихо-тихо напевали. К сожалению, мне не удалось выучить наречие аборигенов, поэтому оставалось лишь предполагать, что это была песня во славу Мэтра Каррефура. Пара размеренно покачивалась, следуя известному только им ритму. Тем временем раздались ещё залпы пушек. Бриги постарались зайти с носа и кормы линкора и ударили по обшивке. Скорее всего, удар в нос не принесёт никакой пользы: ядро вполне может прокатиться по обшивке корабля, оставив на нём лишь полоску от раскалённого ядра.
Тем временем подбежал Аурелио с горящими глазами.
- Командор, это фантастика. Как же так получилось? - он посмотрел с восхищением на вудуистов. - Также можно захватывать целые города и страны, имея горстку людей.
- Эти подонки тоже так думали, - сурово охладил я пыл капитана. - Вуду - не пистолет и не клинок. Это влияние на план мироздания через помощь духов. Если не удержать их силу, они спалят всё дотла. Когда вернёмся на Остров, постарайся узнать, что случилось со старейшиной вудуистов.
Аурелио непонимающе наклонил голову. Он явно не понял ни одного смысла, которые я прилично заложил в сказанное. Капитан лишь почесал голову и снова посмотрел на сражение.
- Но сейчас же получилось получить помощь духов, и они не против. И мы живы. - Он снова набирался бравады. Я лишь тяжело вздохнул и оглядел корабли, пытаясь найти хоть какой-то пример его глупости.
- Капитан, тебе помогают пушки на корабле? - подошёл к одной из них и нежно провёл ладонью по стволу.
- Конечно. Пушки - основа морского боя. Чем они лучше, тем выше вероятность победы. А что? - Он с любопытством посмотрел на меня, развернувшись всем телом.
Снова раздались залпы. Стрелял явно линкор.
- Больше всего пушек сейчас на линкоре. Представь, что каждая пушка - это помощь духов вуду. Можешь? - я облокотился на пушку.
- Да, конечно. - Он всё ещё не понимал связи, но уже осознавал, что выглядит глупо.
- Ну вот. Помощь духов есть не только у нас. Если мы нападаем, нужно быть уверенными, что противник не имеет своих пушек. И если мы захватываем страну силой пушек, нужно быть готовым к тому, что обязательно появится тот, кто тоже овладеет технологией производства пушек и выкинет нас с тёплого места. Это понятно? - я отчеканил последнюю фразу очень медленно и с нажимом. Капитан не понял. Тем не менее, он постоял немного, почесал голову и всё же попытался парировать:
- Но можно укрепиться получше, чтобы никто не мог использовать пушки против нас. - Его глаза снова загорелись огнём тщеславия.
- Противник может быть и среди твоих друзей. Вот кто мог подумать, что сам адмирал окажется крысой? - Я уже начал медленно злиться. Тупость и жадность капитана начинала бесить. - Он тоже запрятал все пушки, взял заложниц и держал так свою власть несколько лет. Теперь же мы его ищем, чтобы повесить на площади за яйца, и чтобы каждый бродяга мог если не ударить его по лицу, то хотя бы плюнуть в его рожу. Вот к чему приводит удерживаемая силой власть. Если хочешь использовать вуду для захвата стран, будь готов к тому, что однажды появится кто-то с пушкой покруче и снесёт тебе голову, если ты трусливо не сбежишь так далеко, что тебе нельзя будет показываться в старых владениях без риска лишиться головы.
Я поднялся с пушки. Аурелио медленно переваривал услышанное. неясно, как долго он бы осознавал сказанное, если бы с вороньего гнезда не раздался крик:
- Слева по курсу! Французы. Семь кораблей!
Я даже открыл рот от удивления. Семь кораблей? Это неторговый конвой и не случайная встреча. Вырвав трубу у Аурелио, я направил линзы на паруса под флагом с лилией. К моему ужасу, это были непросто французские военные.