Я некоторое время строго смотрел в лицо испанке, которая совсем не церемонилась и собиралась сделать нечто невообразимое для меня. В любом случае, из-за разрыва между мной и вуду, у меня никогда не было возможности научиться вудуисткой алхимии с элементами Перекрёстка. Поэтому я кивнул.
— Идём.
***
Дом Зака за два года практически не изменился. Добротная постройка выдерживала и дожди, и солнце, и сильные ветра. Каменные дорожки выглядели всё ещё достойно и аккуратно, тоже самое можно было сказать и про небольшой яблоневый сад за домом. Но и время всё-таки оставило свои следы: фонтан порос густой травой и ползучими растениями, кусты перед домом тоже разрослись и практически перекрывали дорожки.
— А здесь красиво. – Послышался у меня за спиной голов вудуистки. – Сколько стоит снять этот дом на месяц-другой?
— Его нельзя снять. — Спокойно ответил я. — Такие дома для командоров, чтобы поддерживать иерархию среди пиратов. Если позволить хоть кому-то снять дом на месяц – туда поместится много народу, а после них будет такой бардак и грязь, что все деньги уйдут на ремонт.
— Как жаль, – огорчённо сказала Вирджиния, – тот, кто проектировал его, явно понимает в искусстве и архитектуре. Ты живёшь в таком же?
— Почти. Мой больше обустроен под мои вкусы. — Кивнул я, улыбаясь. — Каждый дом проектировался в разное время разными людьми. Сейчас архитектурой острова заведует Лана Феллис. Можешь пообщаться с ней о домах, если интересно.
— А с кем можно пообщаться об алхимии? – услышал я довольный и повеселевший голос вудуистки, пока мы с ней поднимались по лестнице к парадной двери.
— У нас на острове несколько вудуистов, способных научить основам. — Решил я начать с полного обхвата. — Некоторые отличные знахари и травники. Пара мастеров есть в гавани, они занимают порохом и кислотами вкупе с кузнецами.
Я сделал паузу, пока открывал дверь.
— А профессиональные алхимики? – допытывалась моя собеседница, следуя за мной. Вдруг голос испанки приобрёл игриво-хитрые нотки. – Мне сестра говорила, что на Острове есть один пират, которого нет на Перекрёстке, и он устойчив к вуду, не знаешь такого?
— Ну, тогда нет смысла говорить кто это. — Ласково парировал я проныру. — Я действительно лучший алхимик, которого только можно найти. Но, зная некоторые особенности вуду, можно быть лучше меня, пользуясь вещами с Перекрёстка. Я не умею доставать такие вещи.
Мы зашли внутрь, и я закрыл дверь. Не обращая внимания на окружение, я направился вверх по лестнице, ведя канонирщицу в кабинет, где два года назад побывала Фантэнхал.
— Однажды я попытался изучить самоцвет с Перекрёстка, но он превратился в дым, едва я его взял щипцами. Я совершенно неспособен взаимодействовать с Перекрёстком.
— О, это интересно, – Вирджиния, кажется, заулыбалась, – ты, получается, уничтожаешь магию, даже если не касаешься предмета прямо, не дышишь на него и не обливаешь зельем?
— Думаю, это не связано со мной. — Посерьёзнел я. — Я могу сбить магию зельем, плевком или кровью, но почему камень рассыпался в щипцах, когда я был вне дома и в кузнечной перчатке...
Машинально я развёл руки в стороны.
— Придётся признать, что тут замешаны лоа. Других причин быть не может.
Испанка рассмеялась:
— Какие хитрые лоа, однако. Каррефур, видимо, решил поёрничать. – Вирджиния легко приблизилась ко мне со спины и легонько коснулась кончиками пальцев моего плеча. – Я тебя приглашаю вечером в ресторацию, ты мне понравился, и я хочу узнать о тебе больше.
Я даже выпрямился от такой наглости. Вудуистка не казалась мне неприятной, но её беспардонность и лёгкость общения больше подошли бы пирату, нежели девушке. Тем не менее, я успокоил себя тем, что она пушкарь и алхимик, а значит этикет и осторожность – не её черта.
— Договорились. Но поведу я. Туда, где подают приличную еду, не пускают без командора. — Уверенно и с лёгким нажимом ответил ей.
Испанка прошла вперёд меня в кабинет Зака и, повернувшись ко мне, упёрла руки в бёдра, склонив голову к плечу.
— Хорошо, – канонирщица хитро улыбнулась и легко встряхнула рыжими волосами, – раз ты лучший алхимик, то стоит доверять твоему выбору.
— Спасибо. — Закончил я этот нелепый по галантности разговор. — А теперь скажи: что ты хочешь тут найти?
— Я хочу обратиться к Перекрёстку, чтобы найти память этого места о Маркс. – Вудуистка оглянулась и, вытянув руку, встряхнула звонким браслетом, после чего я уловил аромат ритуальных трав. – Раз наша красавица обокрала этот дом, то она здесь наследила эмоционально. И, скорее всего, я смогу найти частичку её чувств и мыслей. А потом перенесу его на камень, который отнесём к ней, чтобы начать восстановление цепочки событий.