Самогон гарантировал, что моя душа не попадёт туда случайно, а остальной алкоголь помогал отвлечься от образов. Страх и стресс давили настолько, что алкоголь не имел побочных эффектов в виде дрожащих рук и пониженного внимания. Но я почти никому этого не рассказывал: никому не было это интересно. Все только восхищались: «Сколько может выпить этот англичанин».
Ко мне подошли двое мужчин среднего возраста и без спроса сели передо мной.
- Командор Гитиас, поздравляем, - сухо произнёс один. Второй достал из тубуса бумаги и положил передо мной. Я принялся их просматривать с вялым интересом. В основном бумаги включали стандартные пункты с краткой инвентаризацией, которая и без того была скромной: из дома уже давно растащили всё, что было ценного. И я это успел отметить, когда обходил дом в первый раз.
- Командор, мы за некоторую сумму можем всё починить и привести в надлежащий вид. Нужно? - Первый мужчина спокойно посмотрел мне в глаза. Было заметно, что говоривший привык заниматься домами и всем, что с ними связано.
- Да, джентльмены, - кивнул я. - Это необходимо. Распишите расходы, посмотрим.
- Для начала вот эта сумма. - Второй достал мятую бумагу, на которой были записаны виды необходимых работ с ценами. Удовольствие было вполне по карману даже капитану. Я кивнул.
- Очень хорошо. Давайте по полной сделаем.
- Хорошо. Если захотите картины или ковры, то это уже придётся вам самостоятельно выбирать, а то... Натерпелись мы со вкусами командоров.
Я понимающе кивнул. Мужчины оставили бумаги на столе и поднялись.
- Через неделю, командор, ваше поместье будет в порядке. А пока вам лучше пожить в другом месте: работники будут заниматься домом и ночью, если понадобится.
Я покивал, не желая тратить слова: прораб не спрашивал меня, а ставил перед фактом, и выкобениваться тут своим статусом было бы глупо.
«Офицер всегда пунктуален и вежлив» - вспомнил я строчку из устава и презрительно хмыкнул, вспоминая бывших сослуживцев. После чего выдохнул и отправился на корабль. Командор не командор, а мне пора бы напомнить команде, кто главный. Да и назначить нового капитана нужно: теперь моя забота - это мой собственный флот, состоящий пока только из моего фрегата.
Глава 3
Маркс Фантэнхал
Прошло около недели, может быть больше, с того момента, как я попала в таверну. Точнее после того, как рас распределили и надели на руки браслеты. Всех работников для таверны отвели в барак, в котором спали всем скопом сразу: неважно, ребёнок, взрослый, пожилой - все были равны, послаблений не давали. Спать нам практически не давали; если спали больше положенного хотя бы на пять минут, то заходил надсмотрщик и окатывал ледяной водой из ведра - это будило моментально, правда, потом приходилось в мокром виде работать в зале, а за это начислялись штрафы: либо порка плетью, либо дополнительные часы работы.
Обслуга в таверне ходила в одинаковых сильно открытых платьях и с одинаковыми тканевыми браслетами на руках, которые, впрочем, могли при нарушении оставить под собой кровавую полосу. В открытую ослабить такое украшение не получалось: повсюду были развешаны охранные амулеты от вуду. Одна девушка, попытавшаяся сбежать, лишилась запястья, а потом и всей руки. Рану никто не промыл, и несчастная погибла в агонии от заражения крови. Людей тут не ценили. Несколько мужчин, попытавшихся убить мадам Ролий, командор Ганз пристрелил сам, когда заходил за выручкой, которую забирал раз в три дня. Их тела просто выкинули в свинарник, не забыв выбить все зубы, вырвать ногти и обстричь волосы. Одна девушка повесилась на третий день пребывания среди пиратов: никто и никогда не стеснялся в выражениях или рукоприкладстве, или чего ещё хуже. Ролий в тот день просто приказала снять труп девушки и кинуть в море, в назидание остальным.
В редкие моменты, когда я выходила из внутреннего зала таверны на свежий воздух, чтобы отвести заказ на улицу, мне удавалось заметить, что во многих местах на Острове висели амулеты против вуду, сильно блокирующие магию, словно бы их вешали сами вудуисты. Из подслушанных разговоров удалось узнать, что Роксфорд практически заблокировал вудуистов, выделив им один район, но не выпуская с острова. Им практически приходилось работать на него за спокойную жизнь и некоторую неприкосновенность. Если кто-то из них пытался покинуть город и пройти в порт, то того сразу же убивали, соратники защитить не могли - слишком сильны барьеры...