Перепроверив все необходимые предметы, я вышла из кабинета и осторожно прикрыла дверь, морально прощаясь с этим местом. А ведь когда-то, когда мы с Мирой были детьми, мы с ней бегали по этому дому, пока Маркс и Зак решали какие-то свои вопросы, иногда мы убегали в сад, иногда сидели в гостиной и играли в шахматы, подаренные Роксом Миранде на один из дней рождений. Глиняные фигурки приятно всегда лежали в руке и не скребли поверхность доски. Мира любила эти шахматы и всегда оставляла их около камина.
Спустившись на первый этаж, я ненароком взглянула в гостиную – мои догадки подтвердились, шахматы стояли там, где Миранда оставила их последний раз: между каменным стеллажом и камином. Покрытые пылью и копотью… Их не доставали много лет.
Печально это, когда тебя любят только до того момента, пока ты нужен и выполняешь свою роль.
Выдохнув от накатившего спокойствия и какого-то глухого одиночества, покинула дом Зака, направляясь в порт. Мне предстояло уговорить команду пойти под моим командованием в море.
А по факту, что я могу им предложить? Тот человек, который убил их настоящего капитана, который разгромил их привычную жизнь, разворошил установленный порядок. Пока что я могу предложить им выбор: пойти со мной и попытать удачу, или же сойти на берег и найти другую команду. Но вот вопрос, много ли найдётся тех, кто захочет ходить под парусом с бывшим псом Роксфорда? Всем же людям не объяснишь, что ты понятия не имел, что ты участвуешь в похищении людей, а спрашивать будут.
Я дошла до первой береговой линии торговых рядов. Некоторые торговцы, работающие на Рича, уже начали выкладывать свой товар, перекрикиваясь с соседями по торговому ряду и довольно улыбаясь этим дружеским перепалкам. Каждый хочет получить долю, каждый хочет продать больше, но каждый из другому не ненавистный враг и конкурент, а скорее друг. «Кто-то должен был сегодня выиграть, а кто-то проиграть» – таков принцип выживания на Острове.
— Красавица, – окликнул меня один из торговцев, – не хочешь платочек? Чистый шёлк, самой красивой будешь, а если у Джузепо ещё и брошку возьмёшь, то сиять, как алмаз будешь!
Мужчина, который меня окликнул, был явно латинского происхождения, добродушный мужчина с хорошим животиком, с обаятельной улыбкой и сытым лицом.
— А фибулу, а не брошку. – Добродушно улыбнулся мне второй торговец, стоящий перед первым мужчиной. Джузепо был светлокожим, голубоглазым, но с определённой долей лукавства и хитрости во взгляде, улыбка была довольная и открытая, словно бы он каждый день любил просыпаться поутру и идти на работу.
— Спасибо, господа, но я вынуждена временно отказаться. Но, – я улыбнулась каждому из них, проходя дальше по своему пути, – я попрошу вас передать привет Ричу и его сестричке Лане, уверена, она захочет взглянуть на чудесные цветочные брошки и нежные платки. Она любит это дело.
Провожаемая одобряемым смехом двух торговцев я пошла к пристани, где уже началось некоторое оживление среди грузчиков и матросов.
Сейчас порт мне казался совершенно другим, не таким, каким я его запомнила, когда уходила отсюда впервые, не такой, какой был при прибытии с Гитиасом оба раза. Теперь порт казался мне более живым и ярким, обилие людей сбивало столку, но удавалось ориентироваться в нём только благодаря памяти и тому, что пыталась вспомнить, как выглядит шхуна, на которой мы пришли на Остров. Воспоминания были слабые, и касались в большей части того, что происходило в трюме: недельные беременности у пленниц, у кого-то сильное истощение, у Дженни, кажется, был первый месяц беременности; у Ланы истощение и слабая реакция зрачков на свет... У Анны малокровие, у кого-то сильное переохлаждение и инфекции. Странно, что они все могли выжить в этом всём аду столько лет. На моей памяти были и роды, и замершие беременности, и инфекции, и попытки убить себя. Каждая из нас сопротивлялась, как могла. Кто-то рвался к мужу, кто-то к братьям, кто-то к любимому делу и месту.
Я опустила взгляд на кровоточащую руку. Ткань полотенца пропиталась и теперь неприятно липла к коже, но не вызывала дискомфорта, только какое-то сожаление и усталость.
— Капитан, я вами всё в порядке? – из задумчивости меня вывел Краулер, осторожно коснувшись плеча. – Вы уже несколько минут стоите бледная без движения и не реагируете. Всё в порядке?
Вздрогнула и нервно моргнула, постаравшись сфокусировать взгляд на лице Крау. Квартирмейстер выглядел озадаченным и усталым.
— Да, просто обдумываю, что делать дальше. – Мой голос звучал не очень убедительно, но достаточно чётко, чтобы Крау немного успокоился, но продолжал хмуриться.