— Слушай, а почему в таверне так много лоа одновременно? У вас всегда так было? – всё-таки спросила я, наблюдая, как духи принялись за свои игры. Огун, встав между двумя мужчинами, протянул ладони и, схватив их за руки, спровоцировал конфликт – моряки начали рычать друг на друга. Йеманжа и Бриджит подсели к женщине с детьми, ласково разговаривая с последними и тем самым помогая матери успокоить разбушевавшихся малышей. Мать семейства слабо улыбалась, наблюдая за своими ребятами и укачивая на руках грудного младенца. Легба и Каррефур тихо сидели в сторонке и играли в солонку с перечницей, передвигая их, словно бы по шахматному полю. Посетители, видевшие двигающиеся баночки со специями, старались отойти подальше от странного столика.
— Думаю, это как-то связано с грядущим праздником. — Предположил мужчина, повернув голову к Коррефу. — Появились буквально сегодня, но, похоже, что они тут уже хорошо обжились. Сама знаешь: они ходят среди нас, но не всегда позволяют видеть это.
— По вашему району они тоже ходят? – я принялась изучать мешочки со специями, однако одна шашка всё-таки свалилась на пол, ведомая невидимой рукой Огуна, который решил привлечь внимание к оружию своеобразным способом.
— Конечно. — С лёгким раздражением произнёс вудуист. — Для них что, есть ограничения? Где хотят – там и ходят.
Я отчётливо услышала раздражение в голосе мужчины, вероятно, в распознавании эмоции мне помогла Йеманжа, легко наславшая на разгневанных Огуном мужчин спокойствие и миролюбие, успокоив потоки их крови и сердечный ритм. Вместе с этим лоа окутала таверну лёгким морским бризом и тихим шумом прибоя. Напряжение в помещении немного стихло.
Успокоив удивление и наклонившись, я подняла гранату.
— Третий раз в жизни их вижу. – Хоть среди духом и было спокойно, подобные выходки казались удивительными. Проводя большую часть жизни среди пиратов и в море, сложно замечать лоа, играющих с людьми, как им вздумается.
Раздался короткий звук удара, и на пол полетела солонка, скинутая Каррефуром. Легба отправил тростью баночку под ноги Мини, вынуждая ту что-то буркнуть себе под нос и, наклонившись, поднять её. Появившийся из неоткуда Самеди* крючком своей трости подхватил подол платья женщины, на секунду оголяя её крепкие, стройные ножки в милых, аккуратных туфельках.
— Эй! – Мини резко обернулась, но никого не увидела, зато Бриджит недовольно покачала головой, строго посмотрев на разгулявшегося мужа.
— Хорошо выглядишь, Мини. — С хищной улыбкой оскалился Санто. — Дни на ногах сделали тебя краше.
Хозяйка таверны с явным смущением и возмущением одёрнула подол платья, сверкнув в сторону Санто странным по выражению взглядом. Но в нём нашли своё отражение довольство, возмущение и кокетство.
— Узнаю, что твои рук проделки – буду возмущаться. – Встрепенулась она, однако попала под лёгкое внимания Каррефура, который решил поправить подол платья Мини. – Может, диверсию устрою на твой любимый стол.
— Плюнешь в суп что ли? — фыркнул он с насмешкой. За спиной вудуиста я заметила Самеди, который с радостной улыбкой положил разрисованные белилами руки на плечи мужчины.
— Ножку стула подпилю и с радостью посмотрю, как ты упадёшь ко мне в ножки. – Не менее хищно оскалилась Мини. Парочка мужчин с интересом принялись наблюдать за мнимой перепалкой, но Йеманжа быстро отвела их глаза тем, что намеренно всплеснула пивом в их кружках, заставляя пиратов пролить жидкость на себя.
— Предпочту упасть на тебя. — Скривил он игриво лицо. — На мягкие груди.
Женщина, гордая и довольная собой, легко провела ладонями по грудям, скользнула к бёдрам и потом вернула мягкие ладони на талию и игриво встряхнула головой в лёгком жесте. Из-за её спины выскользнула Бриджит и, улыбнувшись, вернулась к матери с детьми. Мини же, весело и тепло улыбнувшись Санто, скрылась за дверью кухни, проигнорировав недовольные рыки пиратов, проливших пиво на себя.
— Да об наш флирт можно огонь разжигать. – Прокомментировала я, ощутив на плечах лёгкое прикосновение Самеди. Но через пару секунд в таверне отчётливо послышался шум волн, и посреди комнаты вспыхнуло невидимое для других людей серебристое пламя, которое за мгновение стёрло всё влияние лоа на людей. Йеманжа с некоторым недовольством посмотрела на всех и вновь вернулась на своё место.