Вдох-выдох. Кокетливая улыбка.
Всё получится. Главное помнить, что нельзя проявлять настоящие эмоции.
— Какие гордые испанцы, – весело поприветствовала я мужчин с персидским акцентом и грациозно присела на край стола, немного закинув ногу на ногу и наклонив голову так, чтобы открыть шею. – Вы не будете против, если я присяду?
— Конечно, синьора, — щедрым жестом развёл руками наиболее волосатый и тучный мужчина в широкополой шляпе с белым пером. — Заказать Вам выпить?
На мгновение мне стало страшно.
— О, – я сладко рассмеялась веселью испанца и легко скользнула к ним за столик, чтобы скрыть дрожь в ногах, – как Вы щедры. Не откажусь провести вечер в компании таких мужчин, как вы.
В моём голосе прорезался тёплый восточный акцент, который был подчёркнут мягким воркованием.
— Уверен, Вам понравится, — подхватил второй, более высокий и загорелый мужчина, выделявшийся больше оголённой грудью и красным жилетом. — И давно приехали с востока, красавица?
— Не очень, чуть больше двух лет. А вы.... – я открыто улыбнулась и немного вытянулась, открывая плечи, – давно здесь? Вы так выделяетесь среди остальных своей уверенностью и гордостью.
— Конечно! — уверенно и с вызовом высказался капитан, почти уронив стакан. Ром плеснул через край, но испанец удачно поймал напиток. — В отличие от линкора и фрегата, каравелла имеет быстроту и мощь одновременно. Только лучшие получают красоток.
И очень неоднозначно подмигнул мне. Я ответила ему слегка смущённой улыбкой и плавным прикосновением к колену. Моё движение оказалось рваным и истеричным, но никто этого не заметил, кроме меня. Квартирмейстер не остался в стороне:
— И, естественно, управлять такой красоткой и её экипажем может только высокоразвитый командир. Не как этот белобрысый со шхуны.
Он прыснул в сторону англичанина. Я засмеялась и, вытянув под столом ногу, коснулась сначала икры капитана, а потом и квартирмейстера.
— Не любите англичан? – мне пришлось немного наклониться к квартирнику и игриво склонить голову, чтобы скрыть неприятное жжение в животе и липкий ужас в плечах. И мой взор, скользнув по лицу квартирмейстера, перешёл на капитана.
— А за что любить этих подонков! — фразу бравый любитель жёлтого флага произнёс громко и чуть не запустил бутылкой в группу сидящих мореходов со шхуны. Его остановила рука капитана.
— А ну тихо! Без насилия, — он немного понизил голос — Тут дама.
После чего повернулся ко мне и внимательно осмотрел меня.
— Занятные у вас украшения? Они из Вавилона? — капитан широко улыбался, делая глоток рома.
Внутренне я растерялась, пытаясь осознать, про какие он украшения спросил. Но заботливый внутренний голос напомнил мне о том, что на мне сейчас были украшения, оставленные Бриджит днём.
Нежно улыбаясь и касаясь ожерелья на шее, проворковала:
— Они из моей родины, Исфахана, это столица Персии, – и, чтобы отвести внимание от своего лица, показала руку то ладонью вверх, то ладонью вниз, положила её на стол, кончиками пальцев касаясь пальцев квартирмейстера, в то время как под столом ласкала ногу старшего испанца коленом. – Ваша наблюдательность меня поражает! Практически невозможно встретить среди неотёсанных моряков ценителей прекрасного искусства. Но Вы и сами похожи на истинные произведения искусства, которые были созданы с особой любовью. У меня на родине вы бы ценились не только за мужскую красоту, но и за проникновенные голоса.
Капитан значительно выпятил грудь и выправил осанку. Живой блеск в глазах говорил о том, что ситуацией владела я, так как теперь мои жертвы слышали только свои инстинкты.
— Может, тогда поднимемся наверх и узнаем друг друга получше? — испанец наклонился поближе ко мне.
Квартирмейстер же колебался между своим желанием и старшинством иерархии. Я скользнула взглядом по лицу второго испанца и слегка задержала взгляд на его губах.
— Капитан, – я немного облизнула губы и тут же закусила внутреннюю сторону щеки и губы, – может, потанцуем втроём? И вашего друга заодно расшевелим. А что же он неуверен как-то.... Вдруг... я ему не нравлюсь...
Мой взгляд с интересом скользнул на второго собеседника, а свободной рукой я коснулась своей шеи, поправляя прядь волос.
— Ну, бросьте, синьора! — с улыбкой возмутился квартирмейстер. — Девушка, имеющая столь чистую речь и восточное обаяние, не может не нравиться.
— Хотите танцевать – сейчас сообразим. Фонси, скажи хозяину, чтобы музыкантов позвал, — мягко приказал капитан.
Квартирмейстер поднялся из-за стола и мигом направился к корчмарю.